Стивен Спилберг: Мой внутренний голос мне никогда не врет

[Стиль жизни] [Знаменитости][Интервью][Кино][Легенды кино]
303
Стивен Спилберг – о новом фильме «Большой и добрый великан» (в прокате с 30 июня), о сказках, которые ему рассказывал русский дедушка, и о том, как хотел позвать на съемки саму королеву Британии - в интервью Жанны Присяжной.

По сути, это моя третья встреча со Стивеном Спилбергом, но каждый раз я нервничаю до полуобморочного состояния. Во время первого интервью мы говорили втроем: с нами был любимец Америки Том Хэнкс. Но... я с трудом могла оторвать взгляд от ног Стивена Спилберга: на нем были разные носки, совсем как у детей суеверных родителей (по примете непарные носки носят от сглаза). Вторая встреча произошла в темном кинотеатре на премьере фильма, где его друг – режиссер, а мой друг – продюсер. И вот она, третья встреча, и ее место изменить нельзя: снова отель Ritz Carlton в Нью-Йорке, окна которого бесстыдно глядят на Центральный парк. Нервно переминаясь с ноги на ногу и скручивая лист с вопросами перед встречей с самым влиятельным человеком кинематографа, я сверяю факты: ему 69, дома пылятся три статуэтки «Оскар», за плечами «Челюсти», «Индиана Джонс» и «Парк юрского периода», плюс шестеро детей, трое внуков, крестницы Дрю Бэрримор и Гвинет Пэлтроу. В воображении многих Спилберг ассоциируется с той самой магией кино, он знает, как рассмешить (помните его камео в «Пол: Секретный материальчик»?), и знает, как растрогать до глубины души («Список Шиндлера» чего только стоит). Он способен на широкие жесты – например, привезти Уилла Смита в Хэмптонс на собственном вертолете. А еще то и дело умудряется находить таланты там, где их никто не ищет. Так случилось и с очередной картиной Спилберга: сразу два новых дарования, с которыми зрителям удастся познакомиться, – девятилетняя Руби Барнхилл и 56-летний Марк Райлэнс. Несмотря на разницу в возрасте, для них обоих большая карьера в Голливуде только начинается, ну а зная «легкую» руку Стивена Спилберга, в успехе сомневаться не приходится.

МС: Стивен, в прошлый раз мы с вами встречались по поводу «Шпионского моста», и я хотела бы продолжить с того места, где «остановились». Марк Райлэнс, который играл в вашем фильме советского шпиона (за что и заработал «Оскара» в этом году), говорят, получил роль в «Большом и добром великане» чуть ли не на съемках «Моста», это так?

Стивен Спилберг: Как интересно – мы с вами общаемся по каждому фильму! Да, в первый день съемок «Шпионского моста» я был так потрясен работой Марка, что решил тут же его попробовать и на роль Большого и доброго великана! Я спросил: «Марк, почитаешь сценарий?» Он переспросил: «Другой вариант “Шпионского моста”?» Я сказал: «Нет, сценарий моей следующей картины». Райлэнс подумал, что я попросил его посмотреть сценарий не для проб, а просто чтобы услышать еще одно мнение. Пришел ко мне на следующий день и сказал: «О, это волшебно!»

МС: Он не читал книгу Роальда Даля до того дня?

С.С.: Нет, не читал. Я ему с лету предложил сыграть главную роль, и он согласился. По сути, я определился с исполнителем роли великана моментально!

МС: Да, вы эффективно работаете! А каково было переключиться с исторической картины на сказку для детей?

Стивен Спилберг: Настоящее облегчение! После «Шпионского моста», после истории о холодной войне начать снимать фильм-поэзию Роальда Даля было как благословение, все равно что отправиться на терапию. У меня наступил прекрасный период в жизни, мне нравилось, что я не перехожу с похожего на похожее.

МС: Кстати, спасибо вам огромное за возможность познакомиться с книгой, я, как и Марк, не читала ее до этого.

С.С.: Как так? Никогда не читали «Большого и доброго великана»?!

МС: Нет, и теперь читала на языке оригинала и порой терялась. Главный герой говорит на не самом правильном с точки зрения грамматики английском. Мне даже пришла мысль: боже, вот так, наверное, мы, эмигранты, и звучим для носителей языка!

С.С.: (Смеется.) Ну что ж, когда я сам читал «Великана» первый раз, было много слов, которые я до этого не слышал. Но я их запомнил, и они стали для меня candy words – оказались настолько сладкозвучными, словно настоящие конфеты! И потом я почувствовал, будто присоединился к клубу знатоков «Большого и доброго великана». И этот клуб – секретный, закрытый, частный. Достаточно произнести в беседе пару слов, например whizpapoper или phizwizzer, чтобы понять, в клубе вы или нет! Роальд Даль создал собственный язык. Хотя что тут удивительного – почему, к примеру, у каждой страны может быть свой язык, а у книги нет? Но трудностей перевода бояться не стоит – невозможно не понять историю Роальда Даля. Идея в том, что мы способны сопереживать друг другу независимо от того, откуда мы родом и чем занимаемся.

Личная история

МС: А когда вы сами впервые прочитали книгу?

Стивен Спилберг: «Большой и добрый великан» был написан в 1982-м, и спустя лет шесть я прочел книгу своему старшему ребенку, сыну. Максу тогда было всего три года, и он ничего не понял, кроме разницы между маленькой девочкой и великаном. Но несмотря на это, мальчик полюбил книгу за то, что гигант не съел малышку, а ведь в «Великане» были и такие герои, ммм... далеко не «вегетарианцы». Кстати, я прочел эту книгу каждому из своих детей!

МС: Вот это да! А внукам «Великана» тоже читаете или уже перешли на что-то вроде «Гарри Поттера»?

С.С.: Нет, потому что дочь теперь и сама родитель, пришла ее очередь читать «Большого и доброго великана»! Джессика уже это сделала – Лукас, Поппи и Вив теперь тоже в клубе.

МС: А вы, кcтати, лично встречались с Роальдом Далем? Вы ведь жили в Нью-Йорке примерно в одно и то же время.

С.С.: Да-да, я знаю, но мы никогда не виделись, а я бы так хотел с ним пообщаться! Зато я познакомился с его детьми, они приходили на съемочную площадку, были без ума от Марка, сказали, что Руби – это идеальная Софи, так что одобрение от семьи Даля было получено. Они мне многое поведали, например то, что Роальд не хотел превращать эту историю в книгу. Он сочинил ее только для того, чтобы скорее укладывать детей спать, и даже не записывал историю, она существовала лишь в его голове и была довольно мозаична. Даль и сам не знал, о чем будет следующая «глава», до тех пор, пока не приходила его очередь убаюкивать детей. Но под конец истории дети сказали: «Почему бы тебе, папа, не написать книгу?» На что он ответил: «Я не стану публиковать сказку, я сочинил ее исключительно для вас». Но дети были настойчивы – так и появилась книга «Большой и добрый великан».

МС: Какая замечательная история! Я слышала, что вы очень долго готовились к съемкам этого фильма, чуть ли не 25 лет, так почему же сейчас, когда прошла почти четверть века?..

С.С.: На самом деле мы получили права на экранизацию всего пять лет назад... Знаете, порой я чувствую, будто меня берут за руку и ведут к тому, чтобы я режиссировал картину. Этот голос внутри меня не так часто звучит, но когда я слышу шепот: «Я твое, а ты мое, пойдем сделаем фильм вместе», – знаю, он мне не врет, надо идти и снимать именно эту картину! Знаете, было много проектов, на которые мне хотелось взглянуть, но я так и не решился без «одобрения» внутреннего голоса. И были фильмы, которые никто не ожидал от меня увидеть, но они «заговорили» со мной, и я их снял.

С детьми - только через юристов

МС: Вы работали с совсем молодой актрисой – Руби Барнхилл, в «Инопланетянине» снимали маленькую Дрю Бэрримор. Как считаете, чем отличается новое поколение?

Стивен Спилберг: Эти дети гораздо лучше информированы! Когда я снимал «Инопланетянина» в 1982 году, не было ни соцсетей, ни Интернета вообще. Был разве что телефон, что на самом деле тоже круто (смеется). Теперь дети взрослеют гораздо быстрее и порой знают то, чего, в принципе, в таком возрасте знать не должны. Все потому, что в открытом доступе много информации. Но и возможностей, чтобы твой голос услышали, гораздо больше! Вы можете создать собственный контент и опубликовать его, скажем, на Snapchat или в Twitter. Таким образом, дети попадают в большой мир гораздо раньше. Такого не было с шестилетней Дрю времен «Инопланетянина». С Руби все немного иначе – ей было девять, когда мы начали работать над «Великаном». Ее родители, Сэра и Пол, проделали прекрасную работу в плане воспитания: Руби очень вежливый ребенок, всегда хотела впечатлить съемочную команду, и ей это удавалось.

МС: Вы работаете с детьми на протяжении стольких лет – как меняется ваш взгляд на собственное детство? Если бы у вас была возможность вернуться в прошлое и дать самому себе совет, что бы вы сказали?

С.С.: Наверное, я бы повторил слова Софи из «Великана» – два очень важных слова: будь храбр. Во всем и всегда!

МС: Чего-чего, а храбрости вам точно не занимать! Пожалуйста, пример: в шесть лет вы проникли на киностудию Universal и познакомились с монтажером, который научил вас паре «трюков» фильмопроизводства!

С.С.: Да, но это скорее можно описать словом на идише «хуцпа» – тоже, конечно, своего рода храбрость, но не совсем (смеется).

МС: А сегодня к вам на студию проникают дети?

С.С.: О да, это происходит постоянно! (Смеется.) И до тех пор, пока они не подают мне сценарий, который я не имею права читать без согласия юристов, я очень гостеприимен.

Кастинг для Елизаветы II

МС: У вас высокие требования к самому себе. Не потому ли в фильме почти полностью «британский» состав?

Стивен Спилберг: Теперь все актеры – это глобальное сообщество, то и дело австралийцы играют американцев, новозеландцы британцев, а те – французов. У британских актеров прекрасный слух: они легко подхватывают манеру речи, акцент, в том числе и русский! Но самое прекрасное в работе с классическими актерами то, что они знают реплики наизусть. И Марк – классический актер.

МС: Раз заговорили о кастинге, припомню, как вы мне рассказывали, что сама Ангела Меркель приезжала на съемки «Шпионского моста», два часа стояла с вами на мосту и обсуждала, как была в бане в день падения стены. Не могу не спросить: такой человек, как вы, наверняка мог пригласить саму королеву Великобритании сыграть роль королевы!

С.С.: (Смеется.) Да, у меня была такая мысль. Ровно пять минут я думал: а что если королева Елизавета сыграет у меня в фильме? Но потом понял, что никогда не осмелюсь просить ее, не по-королевски это как-то, знаете ли! Я бы не хотел соблазнять ее таким предложением, если вообще ее можно хоть чем-то соблазнить! Так что после недолгих размышлений я решил нанять Пенелопу Уилтон, которая играла королеву в «Аббатстве Даунтон» и прекрасно знает эту роль. У нас все происходит в начале 1980-х годов, во время правления Рейгана, и Пенелопа как раз выглядит на возраст королевы Елизаветы в 80-е.

МС: Легенда гласит, что вы никогда раньше не работали по выходным, что уик-энд – только для детей, что ужинаете вы исключительно в кругу семьи и всегда приходите домой с работы в 18:00. Что прежде каждый вечер сами укладывали детей спать, а утром провожали их в школу. Как все обстоит сегодня?

С.С.: Ох, так сейчас же все иначе – я нахожусь в опустевшем гнезде. Дети разлетелись кто куда: кто работает, кто в колледже, так что теперь я снимаю и по выходным, заполняю все работой.

МС: А какая у вас любимая сказка в детстве была?

С.С.: Наверное, самая первая. Мой дедушка из России рассказывал мне много сказок из реальной жизни: как он ходил в школу в конце XIX века, например. Я честно полагал, что дед все выдумал. Он рассказывал о странах, которые в моем воображении даже не могли существовать – о России и Украине, откуда был родом... А самая первая сказка – про трех медвежат.

МС: Маша и медведи?

С.С.: Нет, американская сказка.

МС: Да, а что за история? В русской версии жила-была маленькая девочка по имени Маша, которая попала в дом к медведям, а они задавались вопросами, кто ел из их тарелок...

С.С.: Да, и кто спал в моей кровати! (Смеется.) Да-да, это та самая история!

МС: Ну вот, а говорите – американская! 

Источник фото: Getty Images

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйАпрель 2017
Star & Fashion Issue