Безупречная сестра Жаклин Кеннеди: как Ли Радзивилл искала любовь, успех и саму себя

[Life&Love] [Истории жизни] [Легенды моды]
6443
Польская княжна и королева американского высшего света, успешная пиарщица и дизайнер интерьеров, икона стиля и подруга Трумэна Капоте, Рудольфа Нуриева и Энди Уорхола – это все о ней. О той восхитительной женщине, которая заслуживает не меньшего внимания, чем ее старшая сестра.

15 февраля 2019 года не стало сестры Жаклин Кеннеди – Кэролайн Ли Радзивилл. Ее жизнь была поистине яркой, но долгое время ее имя незаслуженно оставалось в тени Джекки. Тем не менее именно Ли помогла супруге президента Америки обрести свой собственный стиль а потом познакомила овдовевшую сестру с греческим миллиардером Аристотелем Онассисом. Красавица, муза модельеров и успешная светская леди – Кэролайн действительно сумела оставить свой след в истории. «Я не чья-то младшая сестренка», – однажды твердо заявила она изданию People. Должно быть, эта фраза как нельзя лучше отражает характер, ее неповторимую личность и удивительную судьбу.

Ли Радзивилл, 1960-е
Ли Радзивилл, 1970-е

Жаклин и Кэролайн были одними из самых известных сестер из высшего общества конца XX века. Они жили вместе с родителями в дуплексной квартире с 12 комнатами на Парк Авеню, а каждое лето отправлялись в семейное поместье в Восточном Хэмптоне. Словом, девочки с самого детства впитали любовь к роскоши и светским кругам, в которых вращались их отец с матерью. Джон Верну Бувье III, известный также под именем «Блэк Джек», был биржевым маклером с громкой репутацией и внешностью, напоминающей Кларка Гейбла – американского актера и секс-символа Голливуда 1930-1940 годов. Он купался в женском внимании, но окончательно утопил свою репутацию и состояние в гораздо более прозаической слабости – в алкоголе. Именно это и стало причиной его развода с матерью девочек Джанет Ли Бувье. 

Тем не менее с дочками отец всегда был очень близок, да и они в нем души не чаяли. Благодаря его наставлениям Джекки и Кэролайн усвоили, что в основе любых успехов лежит труд, и нужно очень стараться, чтобы стать лучшими из лучших. Только спустя годы сестры начали понимать, что «лучшей» может быть только одна, другой же суждено оставаться на вторых ролях.

Жаклин и Кэролайн Бувье, 1935 год

Девочки очень сильно отличались друг от друга еще в юности: в то время как Джекки была темноволосой, прилежной и сдержанной, Кэролайн росла светловолосым, активным и озорным ребенком. «Когда мне было семь лет, и  мы жили в Нью-Йорке, я сбежала, – однажды рассказала Ли. – Я взяла свою собаку и пошла по Бруклинскому мосту… Далеко я не ушла… Довольно сложно сбежать на каблуках твоей матери». Уже тогда юная Кэролайн питала особый интерес к моде, поэтому время от времени заимствовала вещи и обувь из гардероба своей мамы. Ее старшая сестра проводила время за чтением книг, Кэролайн же не могла сидеть на месте. «Ли постоянно перетаскивала мебель и декорировала наши комнаты», – вспоминала Джанет Ли Бувье. Впоследствии страсть девочки к дизайну и искусству переросла в ее профессию – одну из многих, в которых Кэролайн проявила свою разностороннюю личность.

Жаклин и Кэролайн гуляют по улицам Венеции, 1951 год
Кэролайн и Жаклин вернулись в США после путешествия по Европе, 1951 год

Несмотря на различия в характере, сестер объединяла искренняя дружба, которая была очень крепкой вплоть до начала 1950-х годов. Одним из самых ярких воспоминаний того времени для них обеих стало лето, проведенное в Европе, – еще не отягощенные заботами семейной жизни они отправились в путешествие в статусе молодых, свободных и красивых девушек. Позднее они даже написали книгу о той поездке под названием «Одно особое лето». Однако близилось время, когда сестрам нужно было вступить в самостоятельную жизнь. И тут младшая обогнала старшую, познакомившись с Майклом Кэнфилдом, сыном крупного американского издателя, и выйдя за него замуж. Также ходили слухи, что он на самом деле был сыном Кикки Престон и герцога Кентского. В 1953 году молодожены переехали в Лондон.

Однако и Жаклин не сильно отстала в этой гонке – в том же самом году (в сентябре) она пошла под венец с Джоном Кеннеди, сенатором от штата Массачусетс, которому через 8 лет было суждено стать 35-м президентом Америки (Свадьба Джона и Жаклин Кеннеди: 9 несказочных фактов). Талантливый и обаятельный политический деятель как раз начинал набирать популярность в стране, при этом прилично зарабатывая. Супруг Ли работал в американском посольстве Лондона, но даже близко не имел таких высоких амбиций и карьерных перспектив, как Кеннеди. Кэролайн начала откровенно скучать в браке с Майклом, но в 1956 году в загородной резиденции мужа сестры, куда она приехала проведать Джекки, ее представили польскому князю Станиславу Радзивиллу. Европейский аристократ с первого взгляда понравился Ли, даже несмотря на существенную разницу в возрасте (19 лет).

Джон и Жаклин Кеннеди на собственной свадьбе, 12 сентября 1953 год
Каролина и Станислав Радзивилл, 1967 год

В 1959 году Кэролайн Бувье приняла решение развестись со своим первым мужем, который, как и ее отец когда-то, пристрастился к алкоголю. К тому моменту она не только получила предложение от польского князя, но и носила ребенка нового возлюбленного. Однако официально узаконить свои отношения у Станислава с Ли получилось не сразу – дело в том, что развод Радзивилла с предыдущей женой так и не был признан церковью. Тогда на помощь пришел Джон Кеннеди, который лично обсудил этот вопрос с представителями Ватикана и сыграл не последнюю роль в признании союза польского князя и сестры Жаклин законным. Этот брак стал самым долгим в жизни Ли, продлившись практически четверть века, а также в нем родились наследники княжеского рода – принц Энтони и принцесса Анна Кристина.

Ли с детьми, принцом Энтони и принцессой Анной Кристиной,1965 год

В начале 1960-х Ли со вторым мужем переехала в роскошный особняк, который находился практически в самом сердце Лондона. «У нас был этот божественный дом за Букингемским дворцом, и самое красивое загородное место в Оксфордшире», – рассказывала она. Кэролайн очень нравилось заниматься реставрацией старинного здания, а также декорированием его комнат. Карьера ее мужа также уверенно шла в гору: английская компания Станислава по продаже недвижимости расцветала и приносила огромную прибыль. Чета Радзивиллов считалась одной из самых богатых пар в светских кругах Лондона. На различных мероприятиях и торжественных приемах супруги заводят дружбу с самыми известными представителями элиты – автором новеллы «завтрак у Тиффани» Труменом Капоте, миллиардером Ставросом Ниархосом, танцором Рудольфом Нуриевым и даже бывшим премьер-министром Великобритании Уинстоном Черчиллем. И на каждого из них неизменно производила неизгладимое впечатление утонченная и прекрасная Ли Радзивилл.

Ли и Станислав возвращаются в Лондон после отдыха в компании Джона и Джекки Кеннеди, 1961 год
Ли в Нью-Йорке, 1966 год
Ли в Лондоне, 1967 год
Ли и Трумен Капоте, Нью-Йорк 1969 год

Надо сказать, что Кэролайн была из тех немногих леди, которые были безупречны во всем – начиная от внешнего вида, заканчивая своими манерами. «Очень красивая, очень яркая, – говорил о ней Рудольф Нуреев. – В конце концов, она не просто была из высших кругов, она привлекала людей своей интеллектуальной сутью». Американский архитектор Филип Джонсон уточнял: «Она вовсе не была интеллектуалкой, но обладала знанием человеческой натуры, теплотой и сиянием – исходящим от нее и восхитительным». Писатель Трумен Капоте был очарован внешностью Ли, в особенности – ее глазами, цвет которых он однажды описал как «золотисто-коричневый, как стакан бренди, стоящий на столе перед камином».

Вокруг Ли всегда было много поклонников-мужчин. Фото сделано на концерте Пегги Ли, 1970 год

Одевалась Кэролайн тоже безукоризненно – леди всегда удавалось придерживаться сдержанной элегантности. Но и стремительно сменяющие друг друга капризы высокой моды она не игнорировала, умело вплетая в свой гардероб те или иные детали, которые отражали моду десятилетия (мини-туники 60-х, богемные платки 70-х и даже дерзкое золото 80-х). Разумеется, изысканные наряды часто требовали больших трат – ее супруг однажды признался: «Это фантастика, как дорого стоит ее одеть». И все же расходы на наряды окупились с лихвой, когда стиль Ли Радзивилл впоследствии вошел в историю.

Ли и Энди Уорхол, 1973 год
Ли и Джеки, 1970 год
Ли Радзивилл признанна в номинации "The World's Best Dressed Women", 1962 год
Ли в Лондоне, 1976 год

Кстати, одной из первых, кто по достоинству оценил тонкий вкус Кэролайн, стала ее собственная сестра. Джекки  множество раз пользовалась советами Ли во время президентской гонки, в которой участвовал ее муж, – да и потом, когда нужно было соответствовать статусу Первой леди. В начале 1960-х сестры вновь очень сблизились, ведь в негласном соревновании между ними за признание и статус они поравнялись в результатах – и одна, и другая были замужем за очень влиятельными мужчинами и жили довольно роскошной жизнью. Тогда стало казаться, что «лучшая» вовсе не обязательно может быть одна. Охлаждение в их отношениях вновь наступит гораздо позже – а пока между сестрами царит теплая дружба.

Джекки и Ли в Нью-Йорке, 1961 год

Их сближение произошло во многом благодаря супругам – когда стало известно, что Кеннеди намерен баллотироваться на пост президента Америки, князь Радзвилл принял самое активное участие в его поддержке и «промоутировании» (как бы сказали сегодня). После победоносных выборов Джон прислал Станиславу свою фотокарточку, подписанную словами: «Благодаря тебе мы победили». Постепенно польский аристократ стал не только ярым сторонником нового американского президента, но и одним из его ближайших друзей.

Семья Кеннеди вместе с семьей Радзивилл на Новый год в Белом Доме, Вашингтон 1962 год

 Они вместе появлялись на официальных мероприятиях, ездили в деловые поездки. Их жены также проводили много времени вместе. И, кстати говоря, во время совместного визита сестер в Пакистан в 1962 году, Кэролайн даже затмила собой Первую леди США. Фотографии их прогулки верхом на верблюдах еще раз подтвердили, что родилась новая икона стиля – Ли Радзивилл. Даже такое необычное времяпрепровождение не позволило ей забыть об элегантности. Кэролайн восседала на верблюде в изящном летнем платье без рукавов, в жемчужных украшениях, а на ногах ее были туфельки на невысоких каблуках. Укладка жены князя была настолько идеальной, будто бы леди собиралась отправиться на королевский прием.

Ли и Джеки верхом на верблюде во время совместного визита в Пакистан, 1962 год

Впрочем, как нужно выглядеть на мероприятиях такого уровня Ли знала не понаслышке. За год до этого чете Радзивилл в действительности выпал шанс познакомиться лично с королевой Елизаветой II. Произошло это благодаря Джону Кеннеди, который был приглашен в Букингемский дворец в статусе главы государства. Когда американская сторона запросила, чтобы на торжественном банкете присутствовал польский князь с женой, королева ответила отказом – в те времена женатых не первым браком не жаловали в королевских дворцах. Но из уважения к новому президенту США и его супруге Елизавете все же пришлось уступить.

В итоге чета Радзивилл появилась в списке приглашенных – их записали как «князя с княжной», вот только королева отказалась именовать их таким образом при личной встрече – и она имела на это все основания. Ведь на самом деле Станислав уже давно официально отказался от своих титулов на родине и принял британское подданство. Пусть в светском обществе Радзивиллы считались княжеской парой, но Елизавета II полагалась на обыкновенные факты, игнорируя светские любезности и уступки (а, быть может, просто была недовольна тем, что ей пришлось лицезреть у себя в доме тех, кому она была не рада). Как известно, для Станислава, который был успешным бизнесменом и одним из самых богатых предпринимателей Англии, его номинальный княжеский титул не был чем-то экстраординарным. Но это не относилось к его супруге. Кэролайн сильно обижалась и расстраивалась, когда окружающие не хотели этого признавать. Можно сказать, это стало ее больным местом.

Сестры с детьми в Лондоне, 1965 год

Бывшие лондонские друзья Ли рассказывали, что как бы ей ни хотелось, она никак не могла влиться в британское высшее общество. Как говорил один из них: «Она перестаралась, играя в принцессу». Да и сама Кэролайн позже признавалась: «Мне казалось, что я живу бесполезной жизнью – жизнью, которая доставляет мне мало удовольствия. Я не участвовала [в ней]».

По всей видимости, признание общественности и самореализация были ей жизненно необходимы, поэтому Ли решила заняться собственной карьерой. Ее актерский дебют состоялся в чикагской постановке «Филадельфийская история» в 1967 году, а затем она снялась в телеадаптации фильма «Лаура» – к сожалению, ни одна из этих работ не была оценена. Кэролайн нашла оправдания провала: «В случае с “Филадельфийской историей” мне кажется, что режиссер был глухим, как камень, а в “Лауре” режиссер был полностью дезорганизован. Критики написали свои отзывы еще до того, как увидели представление». В чем бы ни состояли истинные причины неудачи, Ли больше не возобновляла попыток проявить себя в актерстве. На фоне этого между Станиславом и Кэролайн нарастало отчуждение. Вместо поддержки мужа она встретила его неодобрение. «Он просто никогда не понимал, – говорила она. – Он всегда считал, что не нужно выставлять себя на публику, если в этом нет необходимости». В 1972 году Ли переехала в Нью-Йорк, а спустя еще два года оформила развод со Станиславом.

Ли и Фарли Грейнджер на съемка фильма "Лаура", 1968 год

Она поселилась в дюкплексе на Пятой авеню, находившемся всего в семи кварталах к югу от дома Джекки Кеннеди, которая к тому времени уже успела дважды стать вдовой и занялась книгоиздательством. Ли, памятуя о роскоши многочисленных особняков и апартаментов, к которой она привыкла в браке со Станиславом, постаралась добавить ее нотки и в свое новое жилище. К тому же ей уже не в первый раз довелось заниматься дизайном интерьера. Гостиную на первом этаже, предназначенную для развлечений, Кэролайн решила оформить в нежно-розовых тонах, верхний же этаж был посвящен воспоминаниям – от портрета Джона Кеннеди у изголовья кровати до многочисленных семейных фотографий, развешанных на стенах коридора.

Ли у себя дома, 1976 год

С возвращением Ли в штаты ее отношения с сестрой в очередной раз переживают ренессанс. Именно тогда (в 1974 году) выходит  их совместная автобиографическая книга «Одно особое лето». Джекки даже дополняет ее рисунками своего авторства.

Ли пробует себя в тележурналистике –  1974 году она дебютирует в качестве интервьюера на CBS-TV, а гостями программы «Беседы с Ли Радзивилл» (Conversations With Lee Radziwill) становятся ее старые друзья – Рудольф Нуриев, Джон Гэлбрейт и Глория Стейнем. Однако шоу оказалось не слишком успешным, поэтому телеканал принял решение закрыть его после шести вышедших эпизодов. И тогда Кэролайн начинает профессионально заниматься тем, что ее всегда безумно нравилось – дизайном интерьеров. «Это то, что мне советовали годами друзья, – говорила она. – И наконец-то я сделала это». Ли арендовала офис у Джона Карла Варнеке, любимого архитектора Кеннеди, и проводила дни и ночи за отслеживанием новинок на рынке мебели и творческими работами совместно с художниками и дизайнерами. «Нужно было рано вставать, чтобы пообщаться с паяльщиками и подрядчиками, – увлеченно говорила о своей работе она. – Но тогда я всегда просыпалась на рассвете, вне зависимости от того, как поздно я ложилась спать».

Ли Радзивилл, Трумен Капоте и Норман Мейлер, 1972 год

Однако постепенно Ли начала понимать, что такой напряженный график и тяжелый труд требуют от нее слишком многих жертв. Помимо недостатка сна она не могла даже соблюдать нормальный график питания. А ведь Кэролайн всегда очень ответственно относилась к своему внешнему виду и рациону, поддерживая вес в 105 фунтов (около 47,5 кг) при росте 167 сантиметров. «Я ем как лошадь – шутила в те времена Ли. – Иногда мне кажется, что у меня рак». Тем не менее тот опыт стал действительно важным этапом в ее жизни: в конце концов она поняла, что ее призвание – создавать и нести в мир красоту.

Ли Радзивилл в Armani, 1988 год
Ли и Герберт Росс, 1989 год

Кэролайн, у которой стремление к прекрасному было всегда возведено в высшую степень, стремительно вливается в мир моды. То ли он притягивал ее как магнитом, то ли она стала тем самым вдохновляющим элементом, в котором так нуждалась fashion-индустрия, – так или иначе они «нашли друг друга». Ее приглашают на должность главы pr-отдела тогда еще совсем небольшой компании Armani. Ли рассказывала, что она «была глазами и ушами [руководства], помогала людям понять, что они хотят, а что им не нужно». Помимо этого, она и сама вдохновляла окружающих своим примером – костюмы бренда, которые она носила везде, сидели на ней просто великолепно. Даже для своей третьей свадьбы с режиссером Гербертом Россом в 1988 году она надела наряд от Armani. «Сегодня фигура, подобная Ли, существует в каждом крупном доме моды, но тогда об этом можно было только мечтать, – говорил Армани. – Это было время больших перемен в бизнесе, и она [Кэролайн] сыграла ведущую роль».

Ли и Джорджио Армани на вечеринке журнала New Yorker, 1994 год
Ли и Джорджио Армани, Нью-Йорк 1995 год

И все же, несмотря на успехи на профессиональном поприще, 90-е годы приготовили для Ли множество тяжелых испытаний – в этот период не стало двух ее очень близких людей. В 1994 году умерла ее сестра Жаклин. Кэролайн с трудом переживала утрату. Как рассказывали близкие к ней люди, она постоянно плакала и никак не могла прийти в себя, когда не стало Джекки. Пусть отношения между сестрами переживали свои взлеты и падения, они всегда оставались очень дорогими друг для друга людьми. Позже Ли вспоминала: «Самые нелепые слухи – это то, что мы были соперницами. Мы всегда были исключительно близки. Очень часто проводили время вместе. На самом деле, постоянно». Новый удар обрушился на Кэролайн уже через 5 лет – рак унес жизнь ее сына.

Как бы тяжело ни было Ли, она нашла в себе силы преодолеть это. Она не закрылась от мира и не перестала следить за собой. В 2000-х она все еще принимает активное участие в жизни модной индустрии, а также основывает фонд помощи начинающим режиссерам-документалистам (в память об ушедшем сыне). Она всегда была желанной гостьей на показах мод по всему миру, а в 2013 года даже была включена в список пятидесяти хорошо одетых знаменитостей на протяжении 50-х годов по мнению The Guardian. Но самое восхитительное в Ли было то, что она оставалась безупречной всегда – несмотря на возраст, несмотря на трудности передвижения, несмотря на болезнь Альцгеймера, которой страдала в последние годы. Где бы она ни появилась, ее укладка выглядела идеальной – волосок к волоску, а макияж был умеренным и безукоризненным. Неизменный твидовый жакет, классические брюки и балетки без каблука. И, конечно же, очаровательная улыбка.

Ли в Нью-Йорке, 2015 год
Ли на показе Giambattista Valli spring/summer 2015, Париж

Фото: Getty Images

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйСентябрь 2019
Moneymaker