Телеведущая Анна Кастерова: «Я очень тяжело пережила переезд в Штаты к мужу»

[Стиль жизни] [От первого лица]
2340
Жена хоккеиста Евгения Малкина, телеведущая Анна Кастерова и ее мама Елена ─ о тесной связи друг с другом, и о том, как найти подход к ребенку.

Анна: привычку, которую я вынесла из детства – думать в первую очередь не о себе, а о том, чтобы сделать хорошо близкому, – я стараюсь привить и своей семье – сыну, мужу (муж Анны – хоккеист Евгений Малкин. – МС).

Я росла в большой и дружной семье. В нашем доме было не принято повышать голос, отчитывать, что-то запрещать. Родители воспитывали меня личным примером. Например, если в школе на какой-то праздник раздавали конфеты, я всегда приносила несколько штук домой – угостить маму с папой, бабушку с дедушкой. Меня этому никто не учил, просто так было заведено в семье. Если на всех была одна долька шоколада, она ходила по кругу: каждый откусывал по кусочку и последний оставался нетронутым – любой из нас хотел, чтобы он достался другому.

Елена: Аня всегда была самодостаточной девочкой. В школе училась на одни пятерки, побеждала в олимпиадах, при этом успевая посещать несколько кружков – вышивания, рисования. Лет с десяти мечтала стать телеведущей – перед зеркалом с расческой вместо микрофона повторяла за дикторами их текст. Поэтому, когда решила, что пойдет учиться на факультет журналистики, я даже не удивилась.

Анна: Мне хотелось освоить серьезную профессию. Хотя многие знакомые прочили карьеру модели. И если честно, когда в старших классах я получила предложение попробовать себя на этом поприще, я, наслушавшись историй о красивой жизни манекенщиц, уже хотела согласиться, но мама, к счастью, отговорила. Мама всегда умела найти ко мне подход. Она знает, что мне нужны аргументы. И довод, что с хорошим образованием мне будут открыты все двери, сработал. 

Я жутко переживала: представляла, какой трагедией станет для тебя моя выходка

Елена: Мне с тобой повезло. Я никогда не контролировала тебя. Знала, что ты настолько серьезная и ответственная, что, если я попросила прийти в 21:00, ты не задержишься ни на минуту, чтобы мама не переживала.

Анна: Ты, наверное, один случай забываешь. Помнишь, в 16 лет у меня были очень длинные волосы – ниже попы. Пока одноклассницы стриглись и красились, мне подобное запрещалось. Ты говорила: никаких ножниц, у тебя шикарные волосы! Меня это напрягало... И как-то после уроков мы с девчонками шли из школы, и я увидела у одной из клумб большие ножницы – садовник стриг кусты и забыл инструмент. Уже через минуту подружка отрезала мне хвост... Домой я шла, жутко переживая, – представляла, какой трагедией станет для тебя моя выходка. И была права: ты очень расстроилась и даже какое-то время обижалась на меня. Зато после этого никаких табу касательно внешности не было.

Елена: Может, еще и потому, что я как раз тогда сына родила – в семье стало на один объект внимания больше. Хотя ты никогда не ревновала к нему, наоборот – старалась помогать. Я уже к тому времени забыла, как купать малыша, памперсы менять, и мы с тобой все делали вместе, что еще больше нас сблизило. Другие девчонки в этом возрасте на свидания бегают, а ты с братом возилась.

Анна: Меня в то время противоположный пол мало интересовал. Деловая была – пацаны за мной бегали, но я как-то очень серьезно относилась к учебе и кружкам и внимания на мальчиков не обращала. Плюс старалась побольше времени с братом побыть, погулять с ним. Такая тесная связь с родными привела к тому, что я очень тяжело пережила переезд в Штаты к мужу. Первое время невозможно скучала по близким. Легче стало, когда родился сын. Теперь, приезжая в Россию, стараюсь проводить с родными как можно больше времени, чтобы наверстать упущенное.

Елена: Когда ты уехала, признаюсь, я почти впала в депрессию, так тебя не хватало. Мы с домашними даже телевизор не включали, потому что привыкли там тебя видеть. Но, как и в случае с долькой шоколада, разделили переживания, а тебя настраивали на позитив – что все к лучшему, семья ведь главное!

Фото: Юля Майорова

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйОктябрь 2018
Reborn