Мистический Израиль: путешествие к истокам мироздания

[Стиль жизни] [Путешествия][Гид по миру]
1124
Посетив однажды эту удивительную, полную контрастов, многовековых традиций и отголосков мистики страну, вы рискуете навсегда оставить здесь свое сердце.

Израиль – страна, расположенная у побережья Средиземного моря, с богатой историей, включающей в себя важнейшие эпизоды, на которых базируются три мировые религии. Наше путешествие по мистическим местам начинается с одного из древнейших городов мира – Иерусалима.

Восхождение в священный город

Добраться из аэропорта Бен-Гурион до Иерусалима сегодня можно двумя способами: по автомобильной трассе либо на скоростном поезде. Конечно, если вы выберете второй вариант, то домчитесь до священного города всего за 18 минут, но и поездка на машине все еще имеет свои преимущества. Итак, аэропорт остается позади, а мы выезжаем на шоссе №1, предвкушая знакомство со страной, полной сакральных и мистических мест.

Конечно, технически мы едем в Иерусалим, но вернее будет сказать – «совершаем восхождение» в священный город, отмечает наш гид Елена Чернова. В иврите даже существует специальный термин – «алия» – буквальный перевод которого звучит как «подъем». Шоссе пролегает по холмистой местности, поднимаясь очень плавно, поэтому понимаешь, как изменилась высота над уровнем моря только тогда, когда начинает закладывать уши за несколько километров до самого  Иерусалима.

Фотография Мария Тюмерина

Но сегодня нам очень повезло, что автомобильный путь до города занимает всего около 45 минут (на поезде – и того меньше), ведь до его появления паломники шли в течение двух дней. Преодолевали несколько десятков километров пешком, совершая не только топографическое, но и духовное восхождение к священному городу, куда были устремлены все их надежды и молитвы.

За окнами автомобиля – пустыни, которые чередуются небольшими массивами зеленых деревьев. Если не знать предысторию, то можно подумать, что эти контрасты природы – первое, увиденное нами, чудо святой земли. Однако не так все просто. Во времена османского господства на этих территориях были вырублены практически все естественные леса – и связано это было с производственной необходимостью. В конце 19 века турки пустили поезда по железнодорожной линии, связавшей Иерусалим с морским портом Яффо. Для тепловозов требовалась древесина, поэтому лесами пришлось пожертвовать.

Фотография Мария Тюмерина

Так что большинство зеленых насаждений в Израиле сегодня рукотворные, и высажены они были за последнее столетие. Человеку с севера эти перелески могут показаться очень знакомыми. И чем чаще они встречались на нашем пути, тем отчетливее мы чувствовали что-то родное в этих зеленеющих островках среди пустыни. Когда мы поравнялись с заросшим склоном холма, то поняли, что большая часть деревьев, растущих на нем, – это сосны. На наше удивление гид отреагировала понимающей улыбкой: «А вы подумайте сами, кто их высаживал? Все те евреи, которые приезжали сюда в двадцатом веке, в основном были родом из России, Белоруссии, Украины и Польши. Они помнили высокорослые сосновые леса на своей родине. А что помнили – то и высаживали». К тому же, этот вид деревьев идеально подошел для засушливого климата. «Сосна не капризная, уживается везде», – добавляет наш гид.

Тем временем, мы подъезжаем к Иерусалиму. Сакральному месту рождения трех религий, одной из колыбелей нашей цивилизации. Городу, который за всю свою историю, насчитывающую более четырех тысяч веков, подвергся 48 осадам и 56 нападениям, дважды был полностью разрушен, так что камня на камне не осталось. И каждый раз Иерусалим, как мифическая птица феникс, возрождался из руин. Как дерево оливы, на засохших ветвях которого вдруг появляются зеленые ростки, он возвращал себе былое величие и расцветал. Это город с особым духом и наполненностью, сильным, но переменчивым характером. 

Мы въезжаем в Иерусалим с запада. Но как бы нам ни хотелось поскорее увидеть воочию священный город, вмешиваются вполне земные обстоятельства. К вечеру трафик на дорогах становится более плотным, поэтому двигаемся мы медленно, но уже можем разглядеть огни Иерусалима и его очертания в долине слева от нас. Справа же тихо и темно. Гид объясняет, что там находится главное национальное кладбище страны. «Сферы жизни и смерти в еврейской традиции четко разделены», – поясняет Елена. В Израиле вы не встретите ни одного кладбища в черте города – только за его пределами. Как говорится, живым место среди живых, а мертвым – среди мертвых.

Там, где все начиналось

Вечером в Иерусалиме можно прогуляться по старинным улочкам, зайти в сувенирные лавки или заглянуть в шумные бары. И все же, если вы впервые в этом городе, то лучше, не теряя времени, отправиться к одной из самых знаменитых достопримечательностей – Стене плача. После 6 часов вечера дороги, ведущие к ней, открывают для наземного транспорта, поэтому добраться до места назначения можно быстрее, чем в любое другое время суток.

Стена плача и золотой купол мечети

В сумерках надвигающейся ночи людей у подножия этой знаменитой стены уже не так много. Интересно, что женщин все же гораздо больше, чем мужчин, даже вечером. Наш гид говорит, что такой перевес в пользу посетительниц – весьма распространенное здесь явление. Даже несмотря на то, что мужчины в иудаизме обязаны молиться (ведь основная тяжесть заповедей лежит на их плечах), женщины все равно приходят к Стене плача. Возможно, причиной тому сама природа представительниц прекрасной половины человечества. Женщины – тонко чувствующие и эмоциональные создания, остро ощущающие связь с чем-то божественным. Поэтому без всякого принуждения душой стремятся к местам, где незримое присутствие духовного чувствуется так сильно.

И вечером, и ночью, и даже ранним утром у Стены плача всегда кто-то есть. «За последние 30 лет известен лишь один случай, когда на этом месте не было людей, – рассказывает Елена. – Это случилось в 2013 году и продолжалось всего 15 минут. Дело в том, что выпало огромное количество снега. Я и сама застряла в дороге, возвращаясь из Эйлата в Иерусалим. Все вокруг завалило, поэтому мне пришлось остаться в Тель-Авиве на три дня».

С каждым шагом к стене, состоящей из массивных камней, помнящих времена Христа, все отчетливее чувствуется ее энергетика особой силы. За монолитами виднеется золотой купол мечети Куббат ас-Сахра, построенной на месте Иерусалимского храма, который некогда приказал возвести царь Соломон. Во времена его правления это сакральное строение считалось домом бога на земле. А когда храм был разрушен, то эфемерная составляющая всевышнего будто бы заполнила собой пространство вокруг, поселившись среди монолитов Стены плача. С тех пор именно к ней так стремятся попасть паломники со всего мира, чтобы обратиться к тому, в кого они верят. Где, если не практически у самого камня мироздания, места сотворения человека, освященного присутствием всевышнего, бог услышит молитвы?

«Там, где все начиналось», перестают иметь значения любые различия между людьми. Иногда туристы смущаются, не понимая, как правильно себя вести у этой святыни среди толпы, состоящей из самой разнообразной публики. Религиозные иудеи молятся, раскачиваясь на месте и произнося вслух священные тексты. Другие же целуют камни и плачут. Местные жители нередко подносят к стене пластиковые стулья и в определенные моменты своей молитвы присаживаются на них. Все дело в том, что у Стены плача каждый ведет себя так, как подсказывает ему сердце (а религиозные иудеи, конечно же, дополнительно соблюдают правила своей религии). Многим из нас может показаться странным, что в святом месте никто не диктует строгих правил поведения, никто не смотрит на вас осуждающе, если вы молитесь не так, как остальные. Более того, религиозные люди чаще всего вообще не обращают внимания на туристов – они полностью сконцентрированы на своем обращении к всевышнему. Наш гид посоветовала нам тоже попытаться отключиться от посторонних мыслей и поступать так, как мы чувствуем – подойти к стене, прикоснуться к ней и постоять с закрытыми глазами ровно столько, сколько нам покажется нужным.

Легенда все, легенда

Разумеется, познакомиться с таким удивительным местом как Иерусалим за один вечер не получится, поэтому с восходом солнца следующего дня мы отправились туда, где весь город виден как на ладони. Стоит лишь взойти на смотровую площадку на Елеонской горе, как сразу же в памяти воскресают картинки из знаменитого романа Булгакова. Величественный и гордый Ершалаим (русский писатель позаимствовал произношение названия города из древнееврейской фонетики), устремленный к самим небесам, стоит так монументально, как подобает священному вечному городу. Целиком выстроенный из светло-бежевого известняка, он словно бы золотится, когда лучи солнца скользят по улицам и крышам домов.

И в то же самое время дует порывистый ветер, а грозовые тучи уже стремительно надвигаются на Ершалаим, обрушиваясь дождями на его предместья, а затем окутывая весь город в свои холодные объятия. В эти мгновения словно материализуются строки из бессмертного романа о «тьме, пришедшей со Средиземного моря», об «опустившейся с неба бездне», которая поглотила все висячие мосты, крылатых богов, храмы, дворцы и базары. Наблюдая за этим фантастическим явлением сегодня – осознаешь, что вечность для священного города – всего лишь миг. Сколько бы тысячелетий не пролетало, Иерусалим помнит каждую необычайную победу, которую одержали его жители, каждую трагедию, которую они пережили. Он и сегодня дышит той древней историей и хранит свою божественную суть.

Вид на Иерусалим с Елеонской горы Фотография Мария Тюмерина

Чтобы прикоснуться к евангельским эпизодам, достаточно пройти по Старому городу и его окрестностям. Восемь олив – немых свидетельниц последней молитвы Христа – раскинули свои тяжелые ветви в Гефсиманском саду, близ Восточной стены. Сюда Иисус пришел после пасхальной трапезы, на которой присутствовали все его ученики. Он бродил среди оливковых деревьев, которыми был покрыт весь склон Масленичной горы, пытаясь совладать с терзаниями, овладевшими его человеческой частью. Понимая, что на следующий день ему предстоит пройти через страшнейшее испытание для плоти и духа, Христос мечется, страдает и обращается к Богу-отцу.

Гефсиманский сад

Тот камень, на котором Иисус молился в свою последнюю ночь на земле, хранится рядом – в Храме Всех Наций, построенном итальянским архитектором Антонио Барлуцци. Фасад красивого сооружения украшает большое мозаичное полотно, представляющее Христа как посредника между божественным и земным. Бог-отец в своих руках держит табличку, на которой изображены два символа – альфа и омега. «Сочетание первой и последней букв греческого алфавита в свою очередь отсылает нас к библейским словам всевышнего: “Я есмь Альфа и Омега, начало и конец”, – объясняет наш гид. В действительности же каждый элемент оформления фасада не случаен: это сплетение множества символов, посвященных событию, произошедшему на этой земле.

Храм Всех Наций Фотография Мария Тюмерина

«Когда мы зайдем в храм, – продолжает Елена, – вы увидите, что там темно, потому что архитектор хотел воссоздать атмосферу отчаяния, которая царила здесь в ту самую ночь с четверга на пятницу». Переступив порог архитектурного произведения искусства Барлуцци, мы убедились в словах нашего гида. В храме царит безмолвие и таинственный полумрак, в котором есть оттенок тревожности. Темно-синие витражи, слабо пропускающие солнечный свет, и одинокие тусклые лампадки дополняют общую атмосферу грусти и прощания. Здесь и не хочется говорить. Любые слова сегодня кажутся слишком пустыми, чтобы произносить их вслух в таком месте. Ведь самые важные изречения и молитвы прозвучали здесь две тысячи лет назад. А в наши дни нам остается в тишине вновь и вновь переосмыслять их суть.

Храм Всех Наций

Ни в коем случае не умаляя священности происходящего, мы все-таки задали Елене волнующий всех вопрос. Неужели мы действительно видели тот самый камень, на котором молился Иисус? На что наш гид уклончиво ответила, что «так принято считать». Разумеется, со времен пришествия сына божьего на землю прошло более двух тысячелетий, поэтому с научной точки зрения доказать такие вещи практически невозможно. Подобная условность касается и тех самых восьми олив, растущих сегодня в Гефсиманском саду. Оливковые деревья действительно способны прожить очень долго (несколько столетий), но ни одно из них не смогло бы зеленеть и плодоносить на протяжении нескольких веков. Так что сегодняшние оливы – только потомки тех деревьев, которые были настоящими свидетелями последней молитвы Христа. И все же, как добавляет с улыбкой Елена: «Зачем портить красивую историю скучными фактами?».

Продолжая наше путешествие по библейским местам, мы вернулись в Старый город. Нам предстояло пройти Крестным путем Иисуса Христа – от начальной его точки, где по преданию Понтий Пилат зачитал обвинительный приговор, до места, где Мессия был распят и похоронен, на котором сейчас стоит Храм Гроба Господня.  Латинское название этого паломнического маршрута «Via Dolorosa» переводится как «Путь скорби». Весь путь состоит из четырнадцати стации – остановок, каждая из которых отражает вехи последней дороги Христа. И вы если не идете вместе с официальным паломническим шествием, экскурсией или персональным гидом, то обнаружить все стации будет не так легко. Дело в том, что путь пролегает через людные кварталы, заполненные туристами и уличными магазинчиками. Город небольшой, жизнь в нем кипит, поэтому освободить эти улицы для желающих в тишине и спокойствии пройти Крестный ход в обычные дни, нет никакой возможности. К тому же, не все стации можно заметить с первого взгляда – на местах многих из них есть лишь небольшие знаки с изображенными на них римскими цифрами, соответствующими номеру остановки на Пути Скорби.

Старый город, Иерусалим

Однако, следуя за гидом, в какой-то момент абстрагируешься от шума на улицах, назойливых продавцов сувениров и компаний туристов, погружаясь в древнюю историю. Воображение достраивает недостающие детали, и вы начинаете очень ярко представлять, как на этом самом месте Иисус упал под тяжестью своего креста, а чуть дальше вниз по улице сквозь толпу к нему выбежала мать и в последний раз обняла своего сына. Пока Христос под конвоем продолжал взбираться на Голгофу, к нему подбежала милосердная девушка Вероника и отерла пот с его лица платком, на котором отпечатался лик сына божьего.

Фрагмент картины Караваджо «Поцелуй Иуды»
Картина Рафаэля Санти «Крестный путь»

И, наконец, в самом Храме Гроба Господня находятся заключительные остановки Крестного пути, где Иисус был выведен на гору, прибит к кресту, на котором и встретил конец своей земной жизни, подготовлен к погребению и похоронен. Надо ли говорить, что к завершению Via Dolorosa, кажется, будто бы сам шел среди тех, кто сопровождал Мессию на казнь. Нарастающая усталость смешивается с чувством скорби. Но, что поистине удивительно, преодолев путь до конца и выйдя из мраморной часовни Кувуклия, которая символизирует смерть и воскресение Иисуса Христа, душевное и физическое самочувствие меняется. На смену усталости и грусти приходит умиротворение и внутренний покой. Словно завершается цикл духовного очищения.

Всего лишь сон?

Расставаться с Иерусалимом не просто. Кажется, что священный город хранит в себе еще так много тайн и откровений, которые открываются только с течением времени. Чем дольше вы здесь находитесь, погружаясь в древнюю историю, тем печальнее уезжать. Но впереди нас ждет еще одно интересное место, связанное с мистикой и тайнами мироздания.

Бросив прощальный взгляд на священный город, окутанный облаками, тучами и туманом, мы ныряем в туннель, прорубленный в недрах Масленичной горы. И когда выезжаем из него с восточной стороны, пейзажи за окном автомобиля кардинально меняются. Величественный и прекрасный Иерусалим с его храмами, подземными лабиринтами, оливковыми деревьями, уютными улочками из бежевого известняка и проливными дождями превращается в окутанное дымкой  сна удивительное воспоминание. Перед нами вновь бескрайние пустыни и холмы. «Мы въезжаем в зону пустынного знойного климата. Заметили, как резко закончился дождь? – спрашивает нас Елена, оборачиваясь с переднего сиденья автомобиля. – Здесь выпадает на 20 миллиметров осадков меньше, чем в Иерусалиме. Над нами уже не темные дождевые тучи, а легкие облака, пролившиеся дождем».

Пустыни Израиля Фотография Мария Тюмерина

В пустыне преобладают два цвета – желтовато-коричневый цвет земли и темно-голубой оттенок неба. Создается впечатление, что ландшафтный рисунок практически не меняется – все те же камни, возвышенности далеко у горизонта, небольшие перелески. И все же пустынный пейзаж оказывает какое-то фантастическое воздействие, схожее с эффектом от медитации, так что оторвать взгляда от него не возможно. Библейские нотки добавляют бедуинские лагеря, которые до сих пор встречаются в Израиле на обочинах дорог.

Мы едем на север страны в загадочный Цфат. Религиозный город на вершине горы, устремленный к самим небесам. Центр древнейшей еврейской мистической традиции – каббалы. Современная часть Цфата представляет собой обычные провинциальные районы, однако нам интересен старый город, который хранит память об учении, открывающем новый пласт смыслов в канонических религиозных текстах.

Цфат Фотография Мария Тюмерина

«У Священного Писания, как и у Иерусалима, есть несколько слоев понимания», – говорит наш гид. Буквальное восприятие, аллегорическая трактовка, тропологическое понимание и мистическая интерпретация. Высшим уровнем считается – каббала, исследующая скрытый код, который лежит за каждой фразой, словом и даже буквой религиозных текстов. «Приведу небольшой пример, – продолжает Елена. – Первая книга Библии, также как и Тора,  начинается словами “ В начале сотворил Бог небо и землю”, и это предложение может трактоваться на всех четырех уровнях. Согласно мистическому пониманию, его смысл состоит в том, что для того, чтобы сотворить наш мир из хаоса, Бог усилием своей воли создал буквы. 22 буквы иврита, каждая из которых имеет свою смысловую и мистическую нагрузку. Когда же Бог начал сплетать слова из этих букв, то они превращались в материальные явления».

Цфат

В Цфате находится Международный центр Каббалы, поэтому именно этот город привлекает мистиков и поклонников древнего учения со всего мира. Здесь можно посетить специальную лекцию о каббале, прогуляться по пещерам, которые являют Цфат таким, каким он был в 16 веке, а также полюбоваться фантастическим видом, который открывается с обзорной площадки.

Цфат Фотография Мария Тюмерина

Под впечатлением от введения в мистическое учение, мы решили прогуляться по улицам города. Здесь нет той суеты и шума, который всегда сопровождает вас в центральных районах столицы страны. Жизнь в Цфате течет размеренно, сливаясь с ритмом существования природы. Город будто бы сам вбирает в себя и отражает ту естественную красоту, которая его окружает, – высокие горы, пики которых уходят вглубь облаков, солнце, которое кажется таким близким, и бесконечное небо. Голубой небесный цвет присутствует в Цфате практически на каждом шагу – им окрашены оконные ставни, двери, калитки, решетки ворот, а иногда даже целые улицы. Для местных жителей оттенки голубого – цвета божьего царства – имеют особый смысл. Считается, что входы в дом, окрашенные в такой цвет, защищают от всего дурного, что пытается прокрасться в дом – а следовательно, и в душу каждого его обитателя.

К вечеру яркие краски заката разлились по темнеющему небу. Последние алые лучи солнца отражались в оконных витражах, играя бликами на улицах из белого камня. Когда же на город надвинулись сумерки, все вокруг погрузилось в мистический и прекрасный сон.  

Цфат

Редакция выражает благодарность Министерству туризма Израиля за помощь в организации поездки.

Фото: Getty Images, Мария Тюмерина

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйМарт 2019
This is Fashion