Екатерина Винокурова об отце Сергее Лаврове, работе в Christie’s и своем проекте Smart Art

[@Work] [Истории успеха][Интервью]
32620
Она оставила аукционный дом Christie’s, чтобы продвигать российских художников через свой проект Smart Art. Екатерина Винокурова рассказала Светлане Кольчик о том, что ходит по музеям с гидом, как ей живется с альфа-мужчиной и об отце Сергее Лаврове.

Не знаю, ставила ли 33-летняя Екатерина целью меня очаровать, но у нее это получилось. Причем сразу. «Давайте, я сделаю вам кофе? Вот финики – я сама обожаю сладкое, но разрешаю себе его есть только до двух дня». «Да, у нас все модное, концептуальное», – улыбается она, заметив, что я разглядываю канцелярские принадлежности у нее на рабочем столе: точилки в форме забавных фигурок, овальный степлер, держатель для карандашей в виде аудиокассеты. Держится Катя просто, мы сразу переходим на «ты». Я осматриваю светлый офис. Персонал в основном лет до 35, не старше, на стенах – картины и инсталляции. Это работы молодых российских художников, которые Винокурова в рамках Smart Art (его она недавно запустила с коллегой по Christie’s Анастасией Корнеевой) как раз и продвигает. Говорит она живо, эмоционально – так, что даже человеку, далекому от современного искусства, становится любопытно. Мне любопытно вдвойне: с Винокуровой мы заканчивали один университет – Columbia в Нью-Йорке. Я училась в магистратуре по журналистике, а Винокурова изучала политологию. Выбор факультета, наверное, не случаен, все-таки она дочка одного из самых крутых дипломатов в мире. Она прожила в Америке 17 лет – ее папа Сергей Лавров, ныне министр иностранных дел, в то время служил полпредом России при ООН. Годы в Нью-Йорке – особенно учебу в Сolumbia University – Катя вспоминает как один из самых ярких перио­дов в жизни. Потом год учебы в Лондоне, где она встретила будущего мужа. В 23 года вернулась в Москву. Проработав год в пресс-службе нефтегазовой компании, перешла в сферу арт-бизнеса. И с тех пор делает там очень динамичную карьеру: три года в московском представительстве лондонской арт-галереи Haunch of Venison, затем шесть лет – в российском представительстве Christie’s, где она быстро доросла до должности директора, параллельно родив двоих детей и ненадолго уйдя в декрет, и до сих пор является honorary chairman. Потом – новый виток: компания Smart Art. Работа подразумевает много светских мероприятий, но Катя, несмотря на общительность, жизнь ведет закрытую

С гидом по жизни

M.C.: Арт-бизнес – сейчас довольно модная тема. Яркие люди, интересные мероприятия, международная тусовка. Мне кажется, многие девушки мечтали бы пойти по твоим стопам. С чего стоит начинать?

Екатерина Винокурова: Есть много мест, где можно пройти стажировку или попробовать устроиться на работу. Это может быть музей, фонд, галерея,ярмарка современного искусства. Если опыта совсем нет, то я бы посоветовала начать с базового образования.

А если с прицелом на международную карьеру?

В Christie’s, Sotheby’s попасть, конечно, тяжело, потому что туда стремятся люди со всего­ мира. Если сможете поехать стажироваться в какой-нибудь стране в Европе, где система арт-галерей более развита, было бы очень хорошо. Есть варианты и в России. Вот тот же фонд V-A-C, с кем делит офис Smart Art, – здесь, кстати, работает только молодежь и постоянно кого-то интервьюируют.

Почему тебе самой стало интересно современное искусство?

Оно очень динамичное и затрагивает проблемы, которые важны здесь и сейчас. Мы молодые и энергичные, нам хочется работать с коллекционерами нашего поколения, помогать им соприкасаться с молодыми художниками.

Как неофиту научиться это искусство понимать?

Главное – интересоваться, спрашивать, читать. Ходить на выставки подготовленным. Если есть возможность – взять гида. В том же «Гараже» ребята прекрасно рассказывают – я, например, всегда беру. Мне помогает то, что я десять лет в этой индустрии. Хотелось бы, конечно, иметь более формальное образование. Когда знаешь историю искусства с его начала, лучше понимаешь современное искусство. Давно, в Колумбийском университете, я слушала лекции по истории искусства. Потом, в Москве, ходила на курсы при Пушкинском музее. Слушала лекции при аукционном доме Phillips.

Я не могу без работы

Почему ты ушла из Christie’s?

Захотелось попробовать себя в чем-то новом. В Christie’s я, безусловно, получила уникальный опыт. И теперь могу применять его в других направлениях. Мы сделали много ярких проектов: выставка в ГУМе, посвященная Элизабет Тейлор, большие выставочные проекты в Доме Муравьева-Апостола, в Доме Спиридонова. В 2015 году у нас появилась своя выставочная площадка, и мы за год сделали 11 клиентских мероприятий. Привозили импрессионистов, старых мастеров, русское искусство совместно с часовым брендом Tourbillon, организовали очень популярное мероприятие с раритетными сумками Herme`s, проекты с Christie’s International Real Estate. Но мне был нужен новый виток. К тому же появился единомышленник – Настя, и мы вместе решили воплотить нашу мечту.

И как вы это все развиваете?

Smart Art – посредник между художниками и коллекционерами. Мы хотим повысить узнаваемость художников, продвигаем их с помощью разных программ, в том числе образовательных. Сейчас мы сотрудничаем с девятью художниками. Это Сергей Сапожников, Александра Паперно, Алексей Булдаков, Анастасия Потемкина, Александр Повзнер, Дарья Иренчеева, Александра Галкина, Светлана Шуваева, Арсений Жиляев. Некоторые работают в традиционных дисциплинах – живопись, фотография и скульптура. Другие – создают инсталляции. А в качестве вдохновения выступает городская среда, астрономия, история, гендерные отношения и новые технологии. Дома у меня, кстати, висят работы Сапожникова и Галкиной – я потихоньку сама собираю коллекцию.

Можно ли сейчас вообще заработать на молодом искусстве?

Smart Art занимается продвижением недооцененного рынка современного искусства. Финансовый порог тут намного ниже, чем у искусства, с которым я работала в рамках Christie’s. Зато оно более актуально и доступно аудитории. Мы объясняем коллекционерам значимость произведения, рассказываем о ценообразовании и помогаем приобрести. В Москве порядка 15–20 хороших галерей, которые продают работы молодых авторов, но, чтобы их становилось больше, нужно больше коллекционеров. Наша задача – способствовать формированию рынка современного искусства путем популяризации молодых художников.

Как на тебя и твое отношение к жизни и карьере повлиял американский менталитет?

Американская образовательная система дает очень многое в плане уверенности в себе. Потому что тебе с самого раннего возраста внушают, что у тебя есть свое “я” и ты все можешь. Первый год в университете я училась в Barnard College, там одни девочки. И феминистские идеи там присутствуют практически на всех лекциях.

А теперь ты живешь в России, которая на поверхности остается весьма патриархальной страной. Как твой феминистский бэкграунд к  этому адаптировался?

Когда я приехала в Россию, у меня не было даже мысли, что я не буду работать! Я считаю, что очень важна гармония с собой, и если бы у меня не было собственного дела, гармонии бы не было. Мои американские подруги все работают. Даже маленькие дети тому не помеха.

Но все же ты нетипичная героиня нашей руб­рики. У нас многие начинали с нуля, когда денег и поддержки не было совсем. Тебе, как я понимаю, такая ситуация незнакома?

Да, я, к счастью, не знаю, что это такое.

То есть деньги для тебя – не мотивация? Если не они, то что тогда?

Финансовый фактор – не основная составляющая моей работы, хотя для меня важно, чтобы проект был коммерчески успешен. Есть другая мотивация – это вклад в будущее, стоять у истоков чего-то нового и работать с искусством, которое станет культурным наследием страны. Я надеюсь, что через 10–15 лет наши художники займут почетные места в музейных коллекциях, в собраниях крупных фондов и в домах важных коллекционеров. Это главная мотивация!

На фоне работ художников Алексея Булдакова, Александра Пов­знера и Светланы Шуваевой.

Мне нужно сильное плечо

У тебя двое детей. Этот вопрос я задаю всем амбициозным девушкам: можно ли, по-тво­ему, have it all? И работу, и мамой быть без груза вины? По-моему, нельзя.

А мне кажется, можно. Нo something’s gotta give – что-то всегда отстает. Баланс найти, конечно, тяжело.

Что собой представляет твой личный баланс?

На данный момент для меня семья и дети – номер один. Еще для меня очень важен спорт – я занимаюсь им пять-шесть раз в неделю. Дважды в неделю – кручу педали­ на велосипеде, два раза занимаюсь с тренером функциональными упражнениями и два раза – пилатес. Недавно начала плавать.

Как проходит обычный день владелицы арт-бизнеса?

Ну, вот у меня сегодня абсолютно обычный день. Встала в семь утра, накормила старшего сына завтраком (ему шесть лет). В восемь отправила в школу. Потом чуть-чуть времени провела с дочкой, ей три года. В девять отвела ее в сад и пошла на тренировку. Душ, дорога в офис. Как правило, в шесть я дома. Раньше у меня было больше светской жизни. А сейчас у меня есть работа, есть дом, есть спортивный зал – и я не чувствую, будто что-то упускаю. Стараюсь, конечно, не пропускать большие выставки в Москве или, например, Биеннале в Венеции.

Какие качества ты ценишь в мужчине?

Хороший вопрос. Во-первых, надежность. Это, наверное, звучит как клише, но мне важно, чтобы было сильное плечо, на которое можно опереться. Если у меня какая-нибудь проблема и я ее не могу решить, я звоню Саше, и проблема будет решена. Я люблю альфа-мужчин, с сильным характером. Иногда, конечно, чуть-чуть от этого страдаю, потому что ухожу на второй план, а его решение – закон. Но я готова с этим мириться, потому что он у нас в семье лидер. Мой папа у нас тоже всегда был главный. Еще мне очень важно, чтобы мужчина был спортивным. Саша, например, делает триатлон, и вот я с ним тоже села на велосипед – мы прошлым летом ездили в Италии по горам. Важно, чтобы мужчина следил за собой. И чтобы были амбиции – интерес к жизни, интерес к работе, чтобы хотел расти, чтобы было много планов, чтобы постоянно что-то кипело.

Про альфа-самца – тут многие эмансипированные американки поморщились бы. Как это сочетается с твоим блестящим резюме?

Мы вместе десять лет, и если бы Саша меня не поддерживал, у меня не было бы этого резюме. Он всегда мне дает хорошие советы – и по работе тоже. И потом, очень важный момент в любых отношениях – это уважение.

Ты осознанно хотела замуж за русского мужчину?

Да, я хотела связать жизнь с русским. Все-таки наш юмор, наш менталитет – это нельзя перевести на другой язык. Хотя Саша сам с 12 лет жил за границей, он закончил Cambridge, работал в Англии, потом в американской компании.

Приходилось ли тебе преодолевать предвзятое отношение из-за твоего папы?

Я никогда не скрывала, кто мой отец. Но я практически никогда об этом не говорю. И всем, кто меня знает, известно, что мне по жизни мало кто помогал. Безусловно, главной помощью было то образование, которое мне дали.

Какой самый ценный урок тебе дали родители, в первую очередь – папа?

Уверенность в себе. Я – единственный ребенок, и мне всегда говорили: ты должна рассчитывать на свои силы, ты должна достигать... Бывает, что к женскому образованию подходят менее серьезно – у нас почему-то считается, что мальчику нужно это, это и это, а девочке – необязательно. Но ко мне так никогда не относились. У меня тоже растет дочка, и мне бы хотелось, чтобы у нее было лучшее образование – чтобы она всегда могла рассчитывать на свои силы.

Екатерина Винокурова: досье

Возраст: 33 года
Семья: муж Александр, бизнесмен, двое детей
Образование: Колумбийский университет, Нью-Йорк, бакалавриат; Лондонская школа экономики, магистратура
Любимые города: Нью-Йорк, Лондон, Барселона
Бренд: Chanel, Stella McCartney, Céline, Nike, Zara
Косметика: японские марки
Духи: Kilian
Украшения: Gaydamak Jewellery, Anita Ko, Nikos Koulis
Часы: Audemars Piguet

Выбор Екатерины Винокуровой: 5 лучших арт-курсов в Москве

Курсы при Музее современного искусства «Гараж»
Лекторий Пушкинского музея
Институт проблем современного искусства

Высшая школа художественных практик и музейных технологий, факультет истории искусства РГГУ
Курсы искусствоведения аукционного дома Phillips

Фото: Илья Вартанян Стиль и образы героини: все Chanel

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйАпрель 2017
Star & Fashion Issue