«Мода стала попсой»: честное интервью Алессандро Микеле накануне показа Valentino

Дом Valentino переживает не самые простые времена. В 2024 году, согласно финансовым отчетам, бренд показал падение выручки на 1,31 миллиарда евро. Это на 3% меньше, чем за предыдущий период. Чтобы исправить ситуацию, руководство приняло решение пригласить нового креативного директора. С тех пор у руля встал Алессандро Микеле, ранее восемь лет проработавший в Gucci.

Там ему удалось сотворить почти невозможное: буквально перекроить эстетику бренда, встряхнуть его после убыточной эпохи Фриды Джаннини и сделать снова великим, модным и желанным. Об этом говорила не только всеобщая любовь модных критиков, коллег-дизайнеров и фэшионист, но и сухие факты: при нем всего за 5 лет выручка Gucci возросла с 3,5 до 9,7 миллиардов евро. Это был настоящий рекорд, более не побитый.

Потом возможности Микеле в развитии Дома пошли на спад. Вмешался сначала ковид, а затем и сам дизайнер будто исчерпал запасы вдохновения и начал многократно цитировать самого себя. Так случилось его расставание с брендом, которое, впрочем, принесло ему ничуть не меньшие по престижу карьерные возможности — заветное место в Valentino (читайте также: Музыкальные стулья: почему креативные директора модных Домов так быстро сменяют друг друга).

С момента своего назначения в марте 2024 года Алессандро уже представил несколько первых коллекций. Мнения о них разделились. Одни отмечают его успех и подчеркивают, что Микеле удалось переосмыслить архивы Дома на новый, более модный лад. Другие же восприняли дебют не столь воодушевленно, заявив, что он стоит на одном месте и, по сути, делает из Valentino Gucci своей эпохи.

Теперь же высказаться о том, что на самом деле представляет его творчество, довелось и самому Алессандро. В новом большом интервью для WWD, в преддверии показа на Неделе моды в Париже, дизайнер откровенно рассказал о трудностях, с которыми приходится сталкиваться моде сегодняшнего дня, и почему дизайнера больше нельзя назвать свободным художником. Ниже собрали главные цитаты из беседы с ним.

О современной индустрии

«Мода стала попсой, но уровень разговоров о ней, увы, катастрофически снизился»

«Нам [дизайнерам — прим. ред.] нелегко выполнять свою работу, потому что вокруг все происходит невероятно быстро. Финансовые показатели ускорили все. Конечно, мода никогда не была отделена от бизнеса, но теперь экономика важнее в десять раз, а результаты должны быть мгновенными и поражающими. Когда ты связан с рекордными экономическими достижениями, жизнь становится сложнее, и от тебя ожидают такого же успеха».

О своем творчестве

«Хотя на протяжении всей карьеры меня обвиняли в том, что я якобы настроен против красоты, я считаю, что красота — как теплое объятие: она признает разнообразие, никогда не отвергает. Мне хотелось бы глубоко исследовать смысл красоты в наши дни».

«Я всегда положительно отношусь к переменам, они могут стать источником вдохновения. Мы переживаем момент, когда нам следует измениться, пойти в другом направлении. Привычный мир, как вы видите, рушится. Все, что работало раньше, больше не работает, и мы должны найти новый баланс. Я не пишу историю и я не экономист, но я могу создавать поэзию, в которой все так нуждаются».

О критиках и сравнении с Валентино Гаравани

«Я их все равно люблю, моя работа публична, и люди, у которых есть мнение, должны его выражать — это форма свободы, особенно важная в нынешний исторический момент. То, чего, по моему ощущению, не хватает, — это уважения, необходимого в разговоре. Мы стали опасно агрессивными, высокомерными и навязчивыми. Я хотел бы, чтобы язык стал менее уничижительным и чтобы мир снова стал мягким. Здоровый диалог возможен даже при разных точках зрения, но грация и доброта теперь потеряны».

О превращении Valentino в Gucci

«В мире, где нужно меняться любой ценой, оставаться последовательным — это признак современности. Армани всю жизнь принимал решения самостоятельно и никогда не переставал верить в то, что делает».

О возможном запуске собственного бренда

«Я привношу свой опыт и собственную точку зрения, которая может помочь взглянуть на вещи иначе. Я как фронтмен группы, но никогда не думал о сольной карьере — я бы скучал по коллективу. Профессионально я вырос в составе очень крупных брендов, и мне это нравится. Мне нравится работать с командой, я человек старой закалки: прихожу сюда, начинаю рано и ухожу поздно, а часто продолжаю работать дома, где уже обзавелся собственной студией».