Донорство яйцеклеток: «за» и «против»

[Life&Love] [Здоровье][Дети]
11373
Во всем мире сейчас бум на донорские яйцеклетки. Женщины старше 40 прочесывают сотни сайтов, пытаясь найти донора с «правильным» цветом глаз и волос, фигурой, высоким IQ, чтобы все эти достоинства потом передать долгожданному ребенку. А многие девушки без сожаления продают свои яйцеклетки. Цена вопроса – несколько тысяч долларов. Дорого это (если покупать) или дешево (если продавать)? Разбираемся.

В Америке и в тех европейских странах, где разрешено донорство мужских и женских гамет, в последние годы резко подскочил уровень рождаемости среди женщин за 40. В 30 лет женщины благополучно беременеют и естественным образом, и при помощи ЭКО (экстракорпорального оплодотворения), а вот женщинам за 40 самим уже сложнее – с возрастом количество вырабатываемых организмом ооцитов, то есть яйцеклеток, снижается. Тогда единственным выходом становится ЭКО с использованием донорских яйцеклеток (ЭКО-ОД). 

Донорство яйцеклеток в США стало очень прибыльным бизнесом. Пока эта область услуг почти не регулируется законом, и цены устанавливаются наобум, в зависимости от возможностей клиента и общей привлекательности донора. Гонорар за «трудности, связанные с получением яйцеклеток» ограничивается лишь щедростью реципиента (женщины, которой пересаживают яйцеклетку). Средняя цена за процедуру, которая занимает от 10 дней до двух недель (куда входит гормональная терапия для стимуляции яичников, а также регулярные анализы крови, мочи, УЗИ и непосредственно сама операция) в США составляет 4217 долларов, но донору могут заплатить и 15 тысяч. А в особых случаях – если речь идет о голубоглазой блондинке атлетичного телосложения, которая закончила  Йельский университет – ее вознаграждение может подскочить и до 100 тысяч долларов.

Отдам яйцеклетку. Дорого

Два года назад, когда Лоре Коннор исполнилось 42 года, она поняла, чего ей не хватает для счастья. «У меня прекрасная работа в звукозаписывающей компании, я объездила весь мир со звездами первой величины, но я хотела большего. Ребенок – вот о чем я меч­тала!» Хотя у Лоры нет ни мужа, ни бойфренда («Ни одного нормального мужика так и не встретила за всю жизнь!»), для нее это не помеха, чтобы стать мамой. «Я независима, у меня собственный дом в Лос-Анджелесе, и зарабатываю я вполне прилично». После того как ее первые попытки за­беременеть при помощи ЭКО с использованием донорской спермы не увенчались успехом, врач посоветовал обратиться к донорским яйцеклеткам. «Нет! – возмутилась я. – В этом ребенке не будет моих ДНК!» «Четыре дня я была сама не своя, ревела в подушку и не могла поверить, что нет другого выхода». Но доктор нашел правильные слова: «Поверь мне, как только он пошевелится у тебя внутри, ты и не вспомнишь, что он не твой». Сейчас Лоре 44 года, и она воспитывает четырехмесячных девочек-близнецов. Они – результат скрещивания донорских яйцеклетки и спермы. До этого у Лоры было четы­ре попытки забеременеть, три выкидыша и потраченные 80 тысяч долларов: 15 тысяч ушло на первого донора, 7500 – на второго, чья яйцеклетка и принесла Лоре потомство. Остальные деньги пошли на оплату услуг агентства, лекарства и гонорар врачу. Но Лора счастлива как никогда. «Наконец-то это закончилось!» Хотя она так втянулась в процесс, что ей даже понравилось выбирать девушек. «Я читала сотни анкет доноров и понимала, что могу купить любую девушку, какая мне понравится… И чувствовала себя Лорой Всемогущей!».

Шелли Смит, которая создала интернет-ресурс www.eggdonation.com (где Лора и нашла своего донора), говорит, что за месяц получает около 750 заявок от девушек. Но попасть в донорскую базу данных не так-то просто. «Девушек мы отбираем как на конкурс «Мисс мира», – говорит она. – Ведь никто не захочет пересадить себе яйцеклетку какой-нибудь уродины…».

Если у потенциальных родителей нет времени самим отсматривать тысячи доноров-кандидатов, можно обратиться к специально обученным людям, которые за отдельную плату найдут донора в соответствии с любыми вашими требованиями. Есть и другой способ – повесить объявление в студенческом общежитии: «Супружеская пара из Бостона ищет донора яйцеклетки – красивую и умную блондинку с голубыми глазами» или «Помогите нам завести ребенка! Поделитесь яйцеклеткой! Вознаграждение – 35 тысяч долларов. Требования: студентка или выпускница престижного университета, блестящие успехи в учебе, творческое мышление и, желательно, премии за учебу и спортивные достижения». Университеты не против – это очень полезно для их имиджа, к тому же помогает студентам быстрее расплатиться за обучение. Йель, например, создал собственную донорскую программу...

Купить здоровье нельзя, продать ─ можно

В США, где донорские агентства растут, как грибы после дождя, практически невозможно отследить их финансовые потоки, потому что эта сфера услуг строится на принципах свободного рынка – the free-market systems – об оплате договариваются «на месте». Врачи настоятельно не советуют донорам сдавать яйцеклетки больше шести раз. Однако для многих «легкие деньги» оказываются важнее здоровья – уж очень хочется за 10 дней заработать 15 тысяч. Директору центра биоисследований Дженнифер Лал ситуация очень не нравится: «Никто не думает о будущем доноров. Ведь до конца не изучены механизмы воздействия такого “лечения” на их здоровье. Молодые девушки принимают сильные гормональные препараты – а это не проходит бесследно. Одно дело, когда человек болен, у него рак, и он глотает сильные лекарства. Но ведь это же здоровые девушки! И они просто гробят себя!».

У донора от сильнейшей гормональной стимуляции может развиться целый букет болезней. В течение десяти дней надо принимать гормоны (хумегон, репронекс, метродин, фертинекс, диферелин, гонадотропины и люпрон), которые заставляют организм вырабатывать много яйцеклеток. После этого хирургическим путем под анестезией их забирают. Побочных эффектов от такой процедуры множество: отеки, кровотечения, инфекции, головная боль, частые перепады настроения, которые нередко оборачиваются глубокой депрессией. Но это ерунда по сравнению с синдромом гиперстимуляции яичников, который возникает, когда организм в промышленных масштабах начинает вырабатывать яйцеклетки, – женщина отекает настолько, что становится похожа на пузырь. «Само хирургическое вмешательство, когда забирают яйцеклетки, может быть опасным для здоровья донора. Некоторые после операции остаются бесплодными из-за инфекций и повреждений слизистой», – говорит доктор Лал. По природе своей женский организм не может в неограниченных количествах вырабатывать яйцеклетки. «Я прихожу в ужас, когда слышу, что женщины по 11–12 раз сдают яйцеклетки. Самоубийцы! У них гарантированно будут серьезные проблемы со здоровьем, и не факт, что они сами смогут иметь детей».

Сейчас активно изучается вопрос о возможном развитии рака при приеме лекарств для увеличения числа яйцеклеток. В это время уровень эстрогена сильно подскакивает, а определенные формы рака очень восприимчивы к этому женскому гормону. Некоторые женщины в США и в Великобритании утверждают, что заболели именно из-за того, что принимали лекарства для повышения фертильности.

Первая леди

26-летняя Линдси Джеймс стала первым донором агентства eggdonation.com. Когда она училась в калифорнийском колледже и готовилась к поступлению в юридическую академию, она пять раз была донором яйцеклеток. Она заработала 50 тысяч долларов и уверена, что из двух ее яйцеклеток точно получились малыши. «Моя мама долго не могла забеременеть, а две ее сестры и вовсе были бесплодны. Поэтому, когда мне исполнилось 18, я решила стать донором, чтобы помочь таким женщинам, как моя мама и тети. Хотя это очень щедро оплачивалось, я делала это не из-за денег.

Вся процедура началась с того, что я заполнила анкету на шесть листов с вопросами о себе и моей семье. Училась я на «отлично» и в школе была главным массовиком-затейником. А главное, выглядела я тогда как куколка! Я прошла собеседование – меня приняли. И понеслось… Я начала сдавать анализы на все, что только можно: на гепатит B и C, сифилис, ВИЧ-инфекции, гонорею, хламидиоз, на гормоны и много чего еще. После этого мою анкету с фотографиями, в том числе детскими, отправили в базу данных агентства. Через девять месяцев я приглянулась одной нью-йоркской паре. Они оплатили мне и моему бойфренду недельное проживание в Нью-Йорке, чтобы мы прошли полное обследование у их семейного доктора. Помню, они передали мне письмо и золотую цепочку с крестиком, которую я ношу до сих пор. В письме они говорили, что если все получится, я помогу им стать самыми счастливыми родителями на свете. Я чувствовала себя полноправным членом этой семьи, хотя так никогда их и не увидела. Эту неделю в Нью-Йорке мы с бойфрендом жили как в раю, даже несмотря на то что через день приходилось ездить к доктору на осмотры и УЗИ, горстями глотать таблетки и дважды в день делать себе гормональные инъекции – одну для увеличения количества яйцеклеток, а другую, чтобы они были активны. От этих уколов вся попа была в синяках. Большинство доноров производят от 9 до 14 яйцеклеток, мой же организм работал ударными темпами – по 20–30 яйцеклеток. В клинике я была настоящей звездой! Сама операция занимает 15–20 минут. Во влагалище засовывают длинную иглу и забирают яйцеклетки. Ощущения не самые приятные – меня сводило в судорогах и неприятно щипало, но, в общем-то, терпимо. С первого же раза от моей яйцеклетки женщина забеременела. Мне заплатили 6500 долларов. С каждым разом ставки повышались, за последнюю операцию мне уже заплатили 15 тысяч долларов. В общем, тогда я жила как королева и ни в чем себе не отказывала. Конечно, я хочу своих детей, – малышей, которые родились с моей помощью, своими я не считаю. Ведь я их не воспитывала. Хотя любопытно было бы с ними познакомиться».  

Что? Где? Сколько?

Отношение к донорству яйцеклеток во многих странах очень неоднозначное. В Германии, Австрии, Швейцарии и Италии оно запрещено законом. Во Франции и Бельгии разрешено, но большинство клиник установило возрастной ценз для будущих мам – 42 года. В Нидерландах, Швеции и Австралии по закону родители обязаны по первому требованию предоставить ребенку информацию о доноре. В Великобритании донорство хоть и легально, но оплачивается по фиксированному, очень скромному тарифу – всего 250 фунтов. Англичане таким образом борются с социальной дискриминацией – продажей донорских клеток от бедных к богатым. Поэтому там огромный дефицит доноров, и ждать яйцеклетки приходится два-три года. Вдобавок к этому, в 2005 году правительство приняло закон, по которому дети, выращенные из донорской спермы и яйцеклетки, смогут узнать о своих биородителях в 18-летнем возрасте. Из-за снятия анонимности доноров их количество уменьшается. А в Греции, например, донорство яйцеклеток – дело и вовсе бесплатное. Для доноров предусмотрена лишь компенсация транспортных расходов и утраченной заработной платы. В скором времени планируется законодательно установить для них вознаграждение в 800 евро, что все равно немного. В США все гораздо проще – стоимость ооцитов варьируется в зависимости от национальности донора, его образования, социального статуса и внешних данных. Узнают дети правду о своих биологических родителях или нет, зависит исключительно от условий контракта, который подписывают донор и реципиент. Россия – одна из немногих европейских стран, где нет серьезных ограничений на применение донорских программ. По закону Министерства здравоохранения РФ № 67 донорами могут быть: неанонимные родственницы и знакомые женщины или анонимные доноры в возрасте от 20 до 35 лет, у которых есть собственные здоровые дети. Услуги донора обходятся потенциальным родителям примерно в 600 долларов, плюс к этому они берут на себя оплату всех медикаментов для стимуляции донора и саму процедуру ЭКО. 

Чистосердечное признание серийного донора

Джулия Дерек, которой сейчас 37, десять лет назад активно зарабатывала донорством – она проходила эту процедуру двенадцать раз. Тогда она только переехала из Швеции в Вашингтон, где собиралась учиться на журналиста. В первые три месяца она спустила все накопленные деньги, а грин-карты, чтобы легально работать, у нее не было. Поэтому она клюнула на объявление в общежитии, где за яйцеклетку высокой, атлетичной, зеленоглазой брюнетки предлагали 3500 долларов. После девятой операции у нее случилась жесточайшая депрессия, она была на грани самоубийства. Былую спортивную форму она потеряла из-за серьезных отеков. Но деньги помогли забыть все проблемы. Почти. «Если бы я знала тогда, чем это все обернется, я бы не стала так истязать свой организм», – говорит Дерек, которая написала книгу «Признания серийного донора яйцеклетки» (Confessions of a Serial Egg Donor). «Тогда это казалось отличным способом заработать деньги, большие деньги. И не верьте тем, кто говорит, что делает это исключительно в благих целях, чтобы помочь бездетным женщинам, – врут и не краснеют!»

Впрочем, Джулии льстит, что ее «гены будут повсюду»: «Я мечтаю когда-нибудь увидеть всех своих отпрысков. Ведь я была неанонимным донором и надеюсь, что кто-нибудь однажды захочет увидеть свою биологическую мать. Но сама я их, конечно, искать не буду – это запрещено кон­трактом». Пока у Джулии нет собственных детей, и она не уверена, что сможет забеременеть без дополнительной помощи. «Понятно, что врачи относятся к донорам как к рабочему материалу. То, как функционирует наш организм после этих жутких операций, – это уже наша проблема. Конечно, я надеюсь, что у меня все получится, но это будет не так-то просто». 

Восемь детей за пять минут

Экстракороральное оплодотворение очень часто заканчивается рождением двойни или тройни – женщину сильно стимулируют гормонами, чтобы яйцеклетка прижилась. Но бывают случаи совсем фантастические ─ например, за один раз родить восемь детей! Американке Нади Сулеман это удалось – 26 января 2009 года в медицинском центре Kaiser Permanente в городе Беллфлауэр (это около Лос-Анджелеса) на свет появились восьмерняшки весом от 820 граммов до полутора килограммов. Роды, которые длились всего пять минут, принимали 46 медиков, включая 18 врачей. Они прогнозировали рождение семи детей и совершенно случайно обнаружили восьмого малыша, который спрятался между ребрами. Все малыши – шесть мальчиков и две девочки – вопреки ожиданиям чувствуют себя хорошо, и лишь трем потребовалось вводить кислород через нос, но все они дышат своими легкими. Это чудесный в истории медицины случай, когда все восьмерняшки выжили. В 1998 году 27-летняя уроженка Нигерии Нкем Чукву, которая живет в Техасе, первой родила восемь детей, но один из них умер через неделю. 

У Нади Сулеман уже есть шесть детей, от 2 до 7 лет, два из которых близнецы. Семь лет Нади пыталась забеременеть естественным путем, но безрезультатно. У нее было две внематочных беременности. И тогда единственным спасением для нее стало искусственное оплодотворение. Так что все ее четырнадцать детей, включая восьмерняшек, были зачаты в пробирке. После первых зачатий остались ее замороженные оплодотворенные яйцеклетки. Нади решила: чтобы такое добро не пропадало, нужно еще раз оплодотвориться. Тем более что она всегда мечтала о большой семье, и шесть детей – для нее не предел мечтаний… Врачи оплодотворили ее четырьмя клетками, но они поделились на восемь. Медики и бабушка настаивали на удалении нескольких, но Надя отказалась. За такие «вольности» клинике West Coast в Беверли-Хиллз, где Нади делала все свои оплодотворения, возможно, придется поплатиться. Руководство клиники обвиняют в том, что они нарушили рекомендации, по которым женщинам в возрасте около 35 лет не стоит имплантировать больше двух эмбрионов, зачатых при помощи ЭКО. К тому же, по заключению психиатров, Нади страдала жесткой формой депрессии с суицидальными наклонностями. Возможно, она и излечилась, но неприятный осадок, как говорится, остался. Все ее дети родились от спермодонора, друга семьи, имя которого держится в тайне.

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйНоябрь 2017
2.0 лет в России