Все, что нужно знать об итальянских мужчинах

[Life&Love] [Отношения][Dolce Vita][Гид по миру]
21550
Одна из достопримечательностей Италии – мужчины. Чтобы у вас было к ним меньше вопросов, Marie Claire составила гид по современному итальянцу

Эмоции

Мужчина в Италии готов плакать по поводу и без – когда проигрывает Inter, уходит девушка, болеет Mamma или в кино показывают душещипательную сцену. Они вспыльчивы. Самое распространненное ругательство – Minchia, он же Сazzo! («пенис»), как вариант – Cazzi Amari! («горькие члены­»). Ревнивы, привязчивы, обидчивы, но быстро отходят. Пишут душевные SMS’ки в большом количестве.

В сердце

Итальянец ругает Италию на чем свет стоит, но в глубине души каждый из них – великий патриот своей страны. Bella Italia и все, что с ней связано – культура, климат, традиции, – и есть его amore vero.

В голове

«Не спуститься ли мне в бар выпить капуччо?.. Или лучше сразу съесть папарделле – ведь уже почти время обеда? Станет ли Балотелли игроком года?.. Во сколько мы сегодня с коллегами едем в соседний город есть bistecca? В восемь? Или в девять? Надо не забыть забронировать столик. Madonna Santa!!! Какой неделю назад у меня был секс! Mamma mia! Я, кажется, влюбился. Надо написать ей SMS. Но вопрос – понравится ли она моей Mamma?»

In amore vince chi fugge (итал.) – в любви побеждает бегущий

Фотография Getty Images
Фотография Getty Images

В брюках

В постели итальянец вынослив, нежен, терпелив, но очень много говорит (впрочем, у большинства приятный тембр голоса, и к их эротической болтовне быстро привыкаешь). Многие до старости – прекрасные любовники.

Удовольствия

Одежда, садоводство, еда, футбол, женщины, чуть реже – кино. Еще реже – путешествия. Многие итальянцы если и ездят, то по своей­ стране и часто в одно и то же место­. Они, как правило, неспортивные, но к полноте не склонны, за исключением придумавших пиццу неаполитанцев. Но главный интерес итальянца – parlare («поговорить»). Они чрезвычайно болтливы, могут делать это часами, обсуждая всё – отношения, политику, футбол, женщин, но  в первую очередь еду.

Семья

Все меньше мужчин с Апеннинского полуострова ведут своих девушек в церковь и вообще под венец, но семейные ценности остаются­ стержнем итальянского общества. Вопреки стереотипам, далеко не все итальянцы – mammone (маменькины сынки), но к родительской семье они крепко привязаны всю жизнь и ради pranzo di domenica (воскресного обеда с родителями) не задумываясь отменят важную встречу или свидание. Если итальянец решил познакомить вас с родственниками, знайте, что его намерения серьезны.

Мужская дружба

Это святое. В ресторанах по всей Италии сидят небольшие компании мужчин, обсуждающих что-то с таким жаром и пылом, будто они влюбленные. Они не геи, просто времяпрепровождение с друзьями в местах, куда в других странах ходят с девушкой, в этой стране – популярнейшая форма досуга. В отпуск и по магазинам многие ragazzi тоже ездят суровым мужским коллективом.

Cветлана Кольчик, три года прожившая с итальянцем, и московский шеф-повар Алессио Джини рассуждают о том, как любят в этой стране 

Одежда:

Eleganza – религия итальянского мужчины. Они любят наряжаться и нисколько этого не стесняются.

Шейный платок. Итальянец обожает аксессуары. Шарфы и платки – шейные и для нагрудного кармана – отдельная слабость: у многих в гарде­робе этого добра целая коллекция.

Брюки. Белые – летом, кирпично-красные – круглый год. Итальянцы любят цвет – их не смущает, что они выглядят как светофор.

Гольфы. Попросите его приподнять край штанины – вы обнаружите там высокие гольфы, скорее всего полосатые. Мокасины он носит на босу ногу, а короткие носки – только с кроссовками. 

Обувь. У него несколько десятков пар, для каждого случая жизни и погоды. Поклоняeтся местным брендам Fratelli Rossetti, Roberto Del Carlo, Santoni, очень неравнодушен к английской классике.

Трусы. Большинство носит боксеры, которые они меняют несколько раз в день, потому что очень часто принимают душ – два-три раза в день.

Он так любит

«Я умею любить женщину, потому что умею любить себя»

Алессио Джини, шеф-повар московского ресторана Piccolinо и бренд-шеф сети «Песто», участвовал в проекте Marie Claire «Лучшие холостяки 2011», до сих пор не женился

Ну да, женщина моей жизни и мой самый лучший друг – Mamma. Родиться сыном итальянки – самое большое счастье, которое может выпасть на долю мужчины. Кстати, с сыновьями у итальянок всю жизнь сохраняется гораздо более сильная эмоциональная связь, чем с дочерями. Я сразу знакомлю Mamma с моими девушками, и она для них тоже становится мамой. Кстати, ни разу не было, чтобы она кого-то не приняла – надеюсь, так будет и дальше. Я ей все рассказываю, советуюсь по любым вопросам. Жену я со временем найду такую же, как Mamma. Повторяю – со временем. Это «время» у многих итальянцев надолго откладывается. Некоторые так и не заводят семью, потому что семье надо отдавать себя, а они к этому не готовы. Мне, например, тридцать, но я еще не знаю, кто я, куда иду. Прежде чем жениться, надо разобраться с собой, иметь почву под ногами. Я обожаю детей. Когда беру на руки младенца, млею. Но своего заводить пока не готов – рано.

Когда итальянец взрослеет? Конечно, не в 20, не в 25 и не в 30! После тридцати – может быть. А реально, если случится, то хорошо если в 40. Я считаю, что мой личный расцвет начнется после сорока, я хочу скорее дорасти до этого замечательного возраста.

Но при этом мы как никто умеем любить. По сравнению с нами все остальные – неандертальцы, неотесанные дикари. Мы не будем стучать кулаком по столу, мы выслушаем женщину и почти всегда с ней согласимся. А еще приготовим ей обед и ужин, пойдем с ней покупать туфли, проконсультируем, какую ей выбрать помаду, и всячески поддержим. Для итальянца женщина – одновременно bambina и regina («коро­лева»). Мне нравятся сильные женщины, личности. Женщины, у которых свое мнение, направление в жизни. Как моя Mamma, которая воспитала четверых детей и до сих пор работает, а с папой они вместе 31 год. Для меня женственность – это в первую очередь простота, уверенность в себе, умение держать себя. И слушать мужчину, а не просто, хлопая ресницами, заглядывать ему в глаза.

А любим мы так потому, что умеем любить себя. В России меня часто принимают за гея, хотя для итальянца следить за собой – такая же часть жизни, как дышать. Древние римляне с головы до ног мазались оливковым маслом, а я каждый день пользуюсь кремом для глаз, для лица, для рук и для тела, хожу на маникюр и педикюр. Эпиляцию делаю. Для каждого времени года и для каждой погоды у меня отдельный парфюм. Солнечных очков у меня несколько дюжин – их так приятно покупать! И я не какой-то там метросексуал и тем более не гей, а самый что ни на есть нормальный мужик.

На первом месте у нас всегда семья наших родителей. Потом – дружба и все, что с ней связано. И еда – это очень важный ритуал. Разделить трапезу с друзьями – вещь интимная, почти как любить женщину, ведь в этот процесс вовлечены все без исключения органы чувств. Потом уже идет любовь.

В Италии есть выражение «Moglie e buoi, dei paesi tuoi» («Жена и буйволица – то есть то, что едят, – должны быть местными»). Я, правда, его не особо разделяю – иначе не жил бы в России уже шесть лет.

«Итальянцы хорошие, но их благословенная страна делает из мужчин беспечных детей»

Светлана Кольчик, зам. главного редактора Marie Claire

В итальянском языке есть понятие gentile (любезный, мягкий, ласковый, нежный; производное от него существительное – gentilezza). На мой взгляд, gentile гораздо точнее характеризует суть итальянского мужчины, чем dolce, что означает в первую очередь «сладкий». Gentile – это стиль общения итальянца, его манера одеваться, говорить, ухаживать, заниматься любовью. Это его стиль жить.

Несколько лет назад эта самая итальянская gentilezza покорила меня в самое сердце, залила душу медом, ослепила, оглушила и вдохновила на поступки, а точнее – подвиги, которые я до этого никогда не совершала ради мужчины. Мой итальянец был типичнее некуда. В свои сорок он, хоть и не жил давно с родителями, отдыхать ездил исключительно с папой. Мы познакомились на горнолыжном курорте Кортина-д’Ампеццо в Доломитах, где у его родителей квартира. Его папа был, можно сказать, двигателем нашего знакомства и сближения. Мечтая наконец женить сына, он буквально заставил его взять у меня телефон. (Мнение, что итальянцы плейбои, – стереотип. Большинство современных итальянских мужчин застенчивы, как бывают застенчивы воспитанные доминирующими родителями дети. Впрочем, они, эти мужчины с Апеннин, по сути и есть дети.)

Завоевать расположение итальянской Mamma оказалось сложнее. На первый официальный семейный ужин на их забитой антиквариатом вилле 18 века под Сиеной я, наслушавшись советов подруг, оделась как монашка: больше темного, все закрытое, минимум макияжа. Это сработало не в мою пользу. «Sei ragazza acqua e sapone?» – скептически уточнила Mamma, когда мы узнали друг друга чуть ближе. Итальянское выражение «acqua e sapone» – «вода с мылом» – означает «все натуральное», в данном случае это не было комплиментом. «У нас считается, что выходить на люди без макияжа – неуважение к себе и окружающим», – заявила она. Каждый раз эта синьора встречала меня при полном параде. Платье Ferragamo. Жакет Chanel. Туфли Prada. Макияж и семейное золото. Постепенно ее сердце подтаяло, и я стала обладательницей нескольких сумок Tod’s, шарфов из старых коллекций Dries Van Noten и прочих ценных экземпляров из ее богатого гардероба. Наставления насчет семейной жизни и домоведения мы с моим ragazzo, вместе и по отдельности, получали от нее на протяжении всего нашего романа.

Но вернемся к gentile. Это и дар, и крест современного итальянского мужчины. Они не бойцы. Не рвут на ходу подметки. Чем глубже их страна увязает в экономическом кризисе, тем охотнее они бездельничают. В их понимании это, конечно, не безделье – за трехчасовым, не меньше, обедом или ужином обсуждать обед, съеденный в выходные в новой траттории, или достоинства недавно обнаруженной лавки, где дивно шьют camiciе su misura (рубашки на заказ). Не исключено, что нынешнее поколение итальянцев страшно избаловали родители, которые произвели их на свет в пору экономического бума и ни в чем своим драгоценным bambini не отказывали – ни тогда, ни сейчас (многие итальянцы, даже за сорок, до сих пор живут – частично или полностью – за счет родителей). Но я считаю, что беспечными гедонистами итальянских мальчиков делает сам факт рождения в Италии. Бог и природа, а также предки – древние римляне, художники Ренессанса, гении неореализма – одарили Италию слишком щедро, такими ресурсами надо наслаждаться безответственно и безлимитно. Первым делом – dolce vita. Девушки – потом.

Кстати, о девушках. Они в этой стране сильные и властные и не притворяются блондинками – в итальянской семье окончательные решения всегда за Mamma или Moglie (жена). Мужское эго это не ущемляет – как и то, что многие современные итальянки зарабатывают значительно больше своих мужей. Права женщин в этой стране блюдут свято, даже слишком. Prima la donna («женщина – впереди») – это джентльменское правило действует не только в быту, но и в постели: любой уважающий себя итальянец из кожи вон вылезет, чтобы вы кончили первой.

Мой итальянец покорил меня не только своим искусством fare amore. Любая женщина, даже с биографией, любит слушать. Сara, bella, bellissima, dolce, stella, bambina, amore mio, principessa – на эту музыку подсаживаешься, как на наркотик. Еще мой ragazzo выращивал в своем саду редкие сортовые ирисы, розы и маргаритки, лаванду, мяту, клубнику, хурму, сливы, баклажаны, восемь сортов помидоров, тыквы размером с пони и прочие экологически чистые культуры, варил пять видов варенья, собирал и мариновал оливки, сушил травы для специй и рассыпал их по баночкам, безупречно гладил рубашки и складывал выстиранные и высушенные трусы вчетверо (к глажке, стирке, готовке и прочим бытовым делам он меня не допускал – не доверял). Он приучил меня носить летом белое, складывать вещи в герметично закрывающиеся пакетики и говорить с тосканским акцентом. Его risotto con fungi и pasta con bottarga были бесподобны. В любое время года и суток его кожа источала ненавязчивый аромат его любимого Acqua di Parma, а коллекция обуви, носков, платочков и шарфиков в разы превышала весь мой гардероб. Да, работа у него тоже была, но он о ней говорил мало. Итальянцы живут не для того, чтобы работать. Говорят, что из них получаются лучшие в мире отцы. Но я не успела это проверить. Я сбежала, начав задыхаться в ароматах лаванды и заскучав по настоящему мужскому запаху.

Говорит и показывает

У итальянцев – самый богатый в мире язык жестов. Георгий Кесоян попробовал перевести это на русский

Фотография Getty Images

У настоящего итальянца вся энергия уходит в «поговорить». Беседующий за жизнь итальянец – это захватывающее зрелище, театр одного актера, мастерски управляющего не только словами, но также руками и всеми мыслимыми мышцами лица. Он – непревзойденный мастер жестикуляции, которая оттачивалась столетиями и в результате стала неотъемлемой частью общения. При этом его руки и язык работают синхронно, гармонично дополняя друг друга.

У итальянцев есть на эту тему анекдот. Два крестьянина перекрикиваются с соседних холмов.

– Марио! – кричит Пьетро.

– Что?

– Ты на ярмарке был?

– Да!

– Овец купил?

Ответа не слышно. Тогда Пьетро спускается с холма и снова кричит: «Марио?»

– Что?

– Ты на ярмарке был?

– Да!

– Овец купил?

Снова не отвечает. Тогда Пьетро идет к соседу домой и орет ему в ухо: «Марио!!!»

– Что?

– Ты на ярмарке был?

– Да!

– Овец купил?

Марио сжимает пальцы пучком, подносит руки к груди и двигает ими вверх-вниз, вжав голову в плечи. Это можно перевести как «нет, не получилось».

У них для любой жизненной ситуации есть свой жест. В разных регионах свои вариации. Некоторые жесты, используемые у нас, у итальянцев значат совсем иное. Например, южане, прощаясь, помахивают рукой над головою, двигая ладонью к себе. Для нас это выглядит скорее как приглашение.

Если учитывать, что среднестатистический итальянец принципиально не желает изучать другие языки, жесты зачастую становятся единственным мостиком, позволяющим с ними хоть как-то общаться. Надо только привыкнуть к их пантомиме. Если итальянец хлопает себя внешней стороной ладони по подбородку, это вовсе не означает, что он сыт. Таким образом он сообщает, что ему агрессивно все равно (сытость они показывают, проведя черту ладонью у себя над головой). Другой жест – ладони сжаты у груди, словно во время молитвы. Он вас о чем-то просит? Да, настойчиво предлагает поскорее оставить его в покое.

Для меня их язык звучит как музыка. Есть, правда, и другие музыкальные языки, например португальский, но на нем хорошо мурлыкать под гитару, а итальянский – язык крупных музыкальных форм, он насыщен драматизмом, как опера, и это чувствуется даже в самой заурядной бытовой беседе. Чтобы совладать с такой полифонической мощью, нужны дирижерские навыки, которыми итальянцы овладели в совершенстве. С помощью жестов они управляют своим бешеным темпераментом. Мне даже кажется, что само звучание итальянской речи их заводит. Я, когда начал учить их язык, через неделю заметил, что размахиваю руками как ненормальный.

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйИюнь 2017
Fun & drive