Хью Джекман: «Жена кричала: «Никакой он не гомосексуалист!»

[Стиль жизни] [Интервью][Кино][Легенды кино]
1405
Накануне премьеры фильма-мюзикла «Величайший шоумен», который выходит в российский прокат 4 января, актер рассказал Marie Claire о страхе провала и закулисье «Оскара».
Хью Джекман на презентации мюзикла "Величайший шоумен" 1 декабря 2017 года в Мадриде, Испания

Мы встретились с Хью Джекманом в роскошном лондонском отеле Claridge’s, имеющем давние связи с королевской семьей, что оправдывает его прозвище «пристройка к Букингемскому дворцу». Забавно: отель оказался ровесником «величайшего шоу­мена», крупнейшей фигуры американского шоу-бизнеса XIX века Финеаса Тейлорума Барна, роль которого играет Джекман...

Marie Claire: Финеас Тейлор Барнум – конечно, гениальный персонаж. И он у вас получился. Такое впечатление, что эта роль специально создана для вас, а предыдущие были всего лишь подготовкой. Вам самому понравился результат?

Хью Джекман: О да. Я получил огромное удовольствие. Семь лет назад ко мне пришел продюсер Ларри Марк и рассказал о задумке снять такой фильм. Идея мне понравилась, я сразу увлекся своим уникальным персонажем. Пришлось потрудиться. Я проделал собственное исследование истории шоу-бизнеса. Финеас Барнум был талантливым шоуменом, антрепренером, снискал широкую известность мистификациями, организовал цирк под своим именем.

«Больше всего­ я рисковал, согласившись быть ведущим церемонии «Оскар»

Вообще, он привлек меня многогранностью. Барнум умело манипулировал вниманием публики. Ему приписывают множество афоризмов, и его цитируют даже журналы мод. Но в нем было и что-то очень простецкое, народное. Если он боролся против чего-то, то боролся отчаянно и не пренебрегал разными уловками – он их называл «веселое надувательство», поэтому немудрено, что его самого часто называли Королем веселого надувательства. Не путайте с мошенничеством, которого он терпеть не мог! Барнум всегда был настроен на победу, но когда проигрывал, то его поражение было ошеломляющим, впрочем, как и его победы. Он часто рисковал, но видел мир таким, каким его никто не видел. Перед ним открывались возможности, о которых никто не мог и мечтать. И за это я очень его уважаю. Другим тоже открываются подобные перспективы, но только единицы имеют смелость их реализовать.

Кадр из фильма "Величайший шоумен"

Вы с такой нежностью и пиететом о нем говорите, словно он вошел в историю как ученый, а не как Король веселого надувательства! С чего он начинал?

Работал в бакалейной лавке. Это было его первое дело и первый блин комом. Но он также подвизался в заезжем цирке, в котором выступали жонглеры и комики, демонстрировались различные диковины. Между прочим, именно там он научился разным уловкам и хитроумным профессиональным манипуляциям. Например, как войти в город накануне представления, разрекламировать его так, чтобы продать все билеты, и исчезнуть, прежде чем люди поймут, что им всучили совсем не то.

Расскажите о своем самом большом риске в шоу-бизнесе?

Не знаю почему, но мне кажется, что я больше всего­ рисковал, согласившись быть ведущим церемонии «Оскар». Возможно, потому что прямую трансляцию смотрел миллиард человек. До этого я тоже выступал на сцене, но все равно мне далеко до Билли Кристала­. Он был моим кумиром, и я старался быть не хуже, но я не комедийный актер и чувствовал, что рискую очень многим, потому что могу потерять значительно больше, чем приобрести. Однако я подумал: эх, была не была! Как там еще говорят: кто не рискует, тот не пьет шампанское. Я, конечно, не вполне Барнум, но повторял про себя: «Не робей, берись за дело».

«Брат подошел и извинился за те слова. Сказал, что был глупцом»

Я была на вашей оскаровской церемонии и считаю, что ваши шутки – высший пилотаж.

Да, они были просто головокружительными (смеется­). Я даже представить себе не мог, сколько подвод­ных камней в роли ведущего оскаровской церемонии. Забавно – тебе дают один-единственный листок бумаги, на котором написано: часть первая, рекламная пауза первая, часть вторая, рекламная пауза вторая, – и так 14 частей. На открытие первой части отводилось 7–8 минут. Я спрашиваю: «Так что же вы хотите, чтобы я делал? Есть предложения?» Мне говорят: «Это ваше дело, вы ведущий». Я переспрашиваю: «А вы знаете, что я никогда ничего такого не делал? Понимаю, что вы меня пригласили, но я думал, что вы мне поможете, все придумаете». И вот тогда я всерьез испугался. Но потом начинаешь работать, увлекаешься, видишь перед собой живых людей, и все постепенно встает на свои места.

Кадр из фильма "Величайший шоумен"

Фильм «Величайший шоумен» – это биографический мюзикл о человеке, который жил в XIX веке, однако музыка, которая звучит в нем, вполне современная. Чем вы это объясните?

Когда мы стали продумывать саунд для фильма, то почувствовали, что современная Барнуму музыка 1850-х не подходит. Я вам могу с уверенностью сказать, что моя 11-летняя дочь не захотела бы ее слушать, какой бы она ни была духовно богатой. А Барнум не захотел бы, чтобы о нем рассказывали, как о пыльном музейном экспонате, – он предпочел бы, чтобы все было современно, свежо и необычно. Поэтому мы твердо остановили свой выбор на поп-музыке с уклоном в стиль бродвейских мюзиклов. Обратились к Бруно Марсу и Фарреллу Уильямсу, они написали песни. Мы пропели их все и поняли – это то, что нужно. Надо сказать, что Бруно и Фаррелл молодые ребята, нам пришлось немало потрудиться, чтобы убедить студию принять для фильма их музыку. Но мы рассказывали об их огромном влиянии на современную поп-культуру. В конце концов лучшие треки оказались в фильме.

Про музыкальные предпочтения вашей дочери я поняла. А какие они у вас?

Я думаю, что большинство людей в конце концов начинают больше всего ценить музыкальную эпоху своих школьных лет. Я как-то спросил Лорна Майклза, какой актерский состав передачи Saturday Night Live был самым удачным (программа очень популярна в США и Канаде, выходит в эфир с 1975 года. – МС). Он ответил, что всегда, когда они задают этот вопрос, люди непременно голосуют за ту актерскую труппу, которая выходила в эфир, когда им было по 19–20 лет, они учились в университете и, покуривая сплиф, смотрели ее субботним вечером. Эти люди представляют собой ключевую аудиторию и всегда будут так голосовать. Я думаю, что это относится и к музыке. Я люблю музыку 80-х, всегда буду ее слушать. В то же время мне не чужды музыкальные вкусы моей дочери, почти подростка, и я правда очень люблю Wicked, как и моя дочь. В этом мы совпадаем.

«Делать мюзикл ─ это все равно, что ходить по лезвию бритвы»

Все знают, что вы обожаете мюзиклы. У вас никогда не возникало проблем из-за этого? Вас не считали менее мужественным, например?

Из-за мюзиклов у меня проблем не возникало, но вот когда мне было лет десять или одиннадцать, мой учитель сказал, что у меня талант танцора. В нашей школе танцами тогда не занимались. Это была Австралия конца 70-х. Дома я сказал отцу, что хочу заниматься в студии, это услышал мой брат и назвал меня «неженкой», «девчонкой» и так далее. Я подумал: «Вот это да!» И вот, в отличие от Билли Эллиота, я не занимался танцами в подростковом возрасте. Прошло семь лет, мне исполнилось 18, и этот самый брат пошел с отцом смотреть мюзикл «42-я улица». Я уже забыл о том разговоре. После просмотра брат подошел ко мне и извинился за те слова. Он сказал, что был глупцом. На следующий же день я записался на занятия танцами. Вот так бывает... Я целый год играл на сцене Питера Аллена, очень яркого и веселого человека. Моей жене Деборре-Ли Фёрнесс нравилось это шоу, и она приходила на него, хотя вообще терпеть театр не может.

Хью Джекман на съемках фильма "Величайший шоумен"

Она рассказывала, что во время антрактов слышала, как люди называли меня между собой гомосексуалистом. И тогда жена кричала из кабинки туалета или из кресла в партере: «Никакой он не гомосексуалист!» (Смеется.) Так что, наверное, уже тогда кое-кто задавался этим вопросом. Мне на самом деле все равно.

Жалеете, что начали заниматься танцами поздновато?

Конечно. Вот почему я никогда не ощущал себя настоящим танцором. Я так никогда им и не стал. В 2003-м получил премию Fred Astaire Award на Бродвее за танцы, но танцором себя не считаю. Если меня поставить рядом с настоящими танцорами, они на меня даже не посмотрят. Или посмотрят и скажут: «Схватываешь на лету». Так что я не танцор. Это как в теннисе. Если ты хочешь быть теннисистом, ты не можешь начать в 18 лет. Так что эти семь лет очень важны. Кто знает, что могло бы быть?

Кстати, как вам работалось с Мишель Уильямс в вашем новом фильме? Она ведь не часто снимается в широкомасштабных, высокобюджетных проектах.

Да, это так.

Ее легче представить в фильмах вроде «Манчестер у моря».

Я знаю. Думаю, ей было непривычно, тем более что мы сыграли семейную пару, а у нее, если помните, тоже 11-летняя дочь. Но, как я понимаю, ее не пришлось долго уговаривать. Она только что закончила работу в бродвейском «Кабаре», у нее огромный кредит доверия, она умеет быть одновременно певицей и танцовщицей, а в этом фильме все поют и все танцуют. Я был так увлечен, а она была так великолепна, что мы создали прекрасную пару Барнума и его жены. По сюжету, Барнум сбился с пути, но жена продолжала жить с ним одной жизнью. Поэтому, чтобы осуществить задуманное, нам нужен был талантливый и сильный человек – как Мишель, не меньше.

Вас не пугает, что мюзиклы «Отверженные» и «Ла-Ла Ленд» слишком сильно подняли планку в своем жанре?

Я думаю, что «Мулен Руж» был, наверное, поворотным моментом для мюзикла. И я в лагере тех, кто считает, что если мюзикл не удался, то его можно сравнить с носками подростка. Это ужасно и воняет до небес. Так что делать мюзикл – это все равно что ходить по лезвию бритвы. И это отчасти объясняет, почему их снимают не так часто.

Съемки мюзикла "Величайший шоумен"

В фильме ваш персонаж пытается вытащить семью из нищеты. А что движет вами?

Это такой вопрос, над которым вы будете размышлять десять лет, но так и не сможете ответить. Что движет мною? Я думал, в детстве мы жили гораздо беднее, чем оказалось на самом деле. Мой отец был очень бережлив, к тому же он работал бухгалтером и умел считать деньги. И я рад, что он не был материалистом. Он тратил деньги на вещи, которых я тогда не понимал. Например, на образование. Я вообще не знал, что за это нужно что-то платить. Если мне хотелось записаться на какое-то занятие или учиться играть на скрипке, он всегда говорил «да» и платил за все это. Но если я хотел купить кроссовки последней модели, то у меня не хватало решимости его об этом попросить.

«У меня был декретный отпуск. И вот ─ скоро роды»

Вы один из тех, кто оставляет работу за порогом своего дома, или дома вы тоже поете и танцуете?

По обстоятельствам. Я довольно хороший актер, поэтому у меня нет необходимости оставаться в образе, когда я прихожу домой. Но совсем не переживать о том, как прошел день, и не думать о том, что будет завтра, я не могу. Многое зависит от того, что мне предстоит. Если на завтра не запланировано чего-то важного, я могу расслабиться. Но если я в самом начале съемочного периода, то работа не выходит у меня из головы и может случиться небольшой мандраж.

Как-то на днях я сидел рядом с женой теннисиста Роджера Федерера. Так вот, он даже после проигрыша приходит домой, играет с детьми в настольный теннис и вообще ведет себя обыденно. Он философски относится ко всему. Я не дотягиваю до уровня Федерера.

Хью Джекман на съемках фильма "Величайший шоумен"

Вы легко реагируете на критику?

Жаль, что негативные отзывы и критика мотивируют меня лучше, чем похвала. Если режиссер хвалит меня за что-то, мне хочется сказать: «Пожалуйста, не делай этого! Потому что следующий кадр выйдет хуже, и тогда ты скажешь: «Эй, ты что творишь?!». Я лучше реагирую на трепку.

Съемки «Шоумена» закончены. Вы уже взялись за новый проект?

Нет, и я с нетерпением жду появления мюзикла на свет. Возможно, у меня будут съемки следующей осенью, но пока я не готов делать какие-то заявления. Летом у меня был «декретный отпуск». И вот – скоро роды (смеется).

Фото: Getty Images, кадры из фильма

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйМай 2018
Fun and Sun