Italiano russo: современные истории итальянцев, переехавших в Россию

[Стиль жизни]
846
Девять итальянцев с русской душой и громкими именами объяснили Marie Claire, когда и почему они однажды выбрали для жизни Россию и как их изменила наша страна

Фабио Мастранджело

Художественный руководитель Санкт-Петербургского государственного театра «Мюзик-Холл». В России – 18 лет. 

Русский паспорт у меня уже шесть лет, но живу я здесь гораздо дольше. Впервые я увидел Петербург в 1999-м. Мне потребовалось ровно 15 минут, чтобы влюбиться. В жизни я довольно быстро могу определить – кого люблю и чего хочу.

Мой отец обожал Россию. В нашем доме в Бари всегда звучала музыка русских композиторов. Первое, что я сыграл в жизни, – вальс Прокофьева. Девичья фамилия моей матери – Руссо, родители назвали мою сестру Валентиной – в честь Валентины Терешковой. Похоже, все было предопределено.

На экзамене по языку мой показатель был 90%. При том что я ни разу не брал уроков. Мне их заменило реальное общение. Вообще я очень разговорчивый. Мама говорит, что совсем обрусел. Однако, как любой итальянец, я по-прежнему верен пасте. Кстати, в Москве и в Петербурге можно иногда найти карбонару даже вкуснее, чем в Италии. Хотя папа всегда говорил, что лучший ресторан – это дом. Но, к сожалению, дома я бываю редко. Наша разница с отцом – 53 года, но он был невероятно прогрессивным человеком. Всегда следую его главному правилу: «Нужно мечтать как можно больше, если перестанешь – ты мертвый человек».

Если русский человек тебе откроется, то ты обретешь друга, о котором можно только мечтать. Что касается русских женщин, подтверждаю: они самые красивые, фантастические матери и спутницы жизни. Многие семьи, на мой взгляд, не разваливаются, потому что женщина в России – глава семьи, она держит всех вместе. Так что вы еще очень сильные. И душевные. Поразительно, насколько легкими, смешными и одновременно глубокими вы можете быть.

Сейчас я переживаю особенный период. Грядет глобальная реконструкция «Мюзик-Холла», которая завершится в 2020 году. Не буду раскрывать все карты, но уверен, что мы получим шикарный музыкальный театр, соответствующий всем современным техническим требованиям.

Рита Боначини

Менеджер в транспортной компании De Girolami. В России – 10 лет.

Я филолог по образованию и в университете основным языком выбрала русский. После распада Советского Союза он стал дико популярным. Многие итальянские компании начали активно работать с Россией, и студентам открывались хорошие перспективы.

Такого душевного общения больше не встретишь нигде. Ты можешь ужинать одна в ресторане, а через мгновенье – оказаться в компании за соседним столом и найти новых друзей. Я из Модены, это маленький город по сравнению с Москвой, и у нас не так легко принимают в свой круг незнакомых людей, тем более иностранцев.

В Италии гендерные роли перевернулись. Отчасти в этом есть и наша вина – женщины стали самостоятельнее, они работают как мужчины, если не больше, и зарабатывают так же. Но русский мужчина никогда не позволит тебе заплатить за свой кофе. Он так воспитан.

Я не из тех, кто гоняется по Москве за настоящей моцареллой. Подруга научила меня делать правильный борщ. Это большая работа, которая требует времени, но если появится особенный повод – то у меня есть подробная инструкция.

Я не сразу поняла, что стала водить машину как русская. На это мне указали в Италии, когда я начала обгонять не по правилам.

Однажды проехала на поезде Владивосток–Москва, который идет более 144 часов. Слышала невероятные истории из жизни своих попутчиков: невозможно передать, насколько такие беседы наполняют душу. На очереди Салехард – это будет 53-й субъект РФ, в котором я побываю.

Стефания Дзини

Журналист, путешественник, сопредседатель комиссии этнографии и антропологии МЦ РГО, соискатель РАН. В России – 25 лет.

Переехать сюда было необдуманным, сумасшедшим решением, но я однозначно не стала бы ничего менять. Мне хотелось увидеть эту огромную и загадочную страну. Тогда, в начале 90-х, Москва сильно отличалась от Милана. Развлечений почти не было. Помню, мы сидели на кухне и мечтали. Казалось, ты можешь стать кем захочешь, и, по большому счету, многие эти мечты сбылись.

Совершенно случайно я оказалась в бизнесе. Мои друзья решили продавать в России итальянскую мебель и постепенно втянули меня в эту историю. Поскольку тогда мы были одни из первых, то выросли достаточно быстро. У меня появились деньги, благодаря которым я начала путешествовать, впоследствии – писать об этом и снимать документальные фильмы.

Первой масштабной экспедицией стала кругосветка на грузовиках ЗИЛ, часть пути мы проехали прямо по льду Чукотского моря от поселка Мыс Шмидта до Уэлена. Частичка моего сердца навсегда осталась на Севере. Несколько раз я возвращалась туда с разными целями – фотоэкспедициями, этнографическими, археологическими исследованиями для РАН.

Мой друг сказал мне однажды: ты понимаешь, что ты уже не совсем итальянка? Моя душа разделена на­двое. Но, как и все итальянки, я могу вспылить, а через минуту обо всем уже забыть. Хотя путешествия научили меня «тушить» темперамент. Со стороны кажется, что я отношусь к ситуации легкомысленно. Но если ты будешь серьезной или хмурой, как это поможет решить проблему?

Связь с Италией для меня никогда не прерывалась, но жизнь там слишком спокойная. В России ты всегда в драйве. Дома я от него отдыхаю, но через какое-то время снова хочу обратно – в этот адреналин.

Джанлука Бишелье

Основатель и генеральный директор IT-КОМПАНИИ Visyond. В России – 5 лет.

С женой Еленой

Я родился на юге Италии, в городе Матера, знаменитом древними палеолитическими пещерами. Вы могли их видеть в фильме Мела Гибсона «Страсти Христовы» или в «Бен Гуре» Тимура Бекмамбетова. Моя жена Елена из Сибири, мы познакомились 14 лет назад. Я приехал в Россию к другу, который работал со мной в Дюссельдорфе. Месяц мы путешествовали по городам, и так получилось, что из Новосибирска я вернулся с «сувениром».

Сначала я увидел Петербург. Он похож и на Венецию, и на Париж – дворцы и каналы, безумно красиво. Однако меня как иностранца многое удивляло. Например, что здесь принято ходить дома без обуви. И еще меня порази­ла ваша одержимость цветами – магазины флористов на каждом углу, и они открыты 24/7. Пожалуй, такого я не встречал больше нигде.

Мы с женой жили в разных странах: Германии, Великобритании, Италии, Эмиратах. Но когда родился наш сын, мы решили переехать в Россию. Елена очень патриотична, как все русские. Она хотела, чтобы наши дети росли в России и знали русский язык. Пять лет назад мы переехали, и наша младшая дочь родилась уже в Москве.

Головной офис моей компании находится в Лондоне, а здесь у нас базируется команда, которая занимается исследованием и разработкой программного обеспечения. Российские университеты выпускают талантливых программистов, которые ни в чем не уступают гигантам Силиконовой долины.

В Москве можно реализовать любые планы, даже самые сумасшедшие. Русские, на мой взгляд, очень практичны, немногословны и нацелены на результат. Если им нужно что-то сделать – они делают. Первое время мне было сложно понять людей, когда тебе отвечают: «Да нет, наверное». Теперь за пять лет в России я привык, заходя в квартиру, снимать обувь, умею дарить цветы без повода и знаю, что такое «да нет, наверное».

У меня больше друзей по всему миру, чем в Италии. Но мама – это маяк, она всегда там. А что касается еды – с этим вопросом намного проще. Cпасибо Лене, она отлично готовит итальянские блюда.

Тереза Иароччи Мавика

Директор фонда V-A-C. В России – 28 лет.

В Москве я оказалась после окончания университета с грантом на девять месяцев. Подавала заявку в Гарвард, но Министерство иностранных дел, отвечающее за такие программы, поменяло Гарвард на Москву! Честно говоря, я не выбирала Россию, но мне очень нравится думать, что Россия выбрала меня.

Пожалуй, мне здесь сложнее всего мириться с погодой: на улице можно умереть от холода, а внутри помещения – ужасно жарко. Спустя 28 лет меня все еще это поражает.

Мой муж тоже из Италии, точнее – с Сицилии, но мне надо было приехать именно в Россию, чтобы его встретить. Это магия, судьба или просто случайность, но этот момент определил мою жизнь.

Россия, безусловно, повлияла на мой характер. У меня появилась черта – modus pensandi – никогда­ не отвечать сразу, спонтанно, как настоящая итальянка, а сначала тщательно обдумать и взвесить. Во-вто­рых, когда уезжаю из Москвы, безумно раздражает медлительность, которую неизбежно встречаю везде.

Обычно говорят, что русских и итальянцев сближает щедрость и способность выкручиваться из любых проблем. Некая вера в то, что как-нибудь можно вый­ти из затруднительного положения. Но если у итальянцев она бросается в глаза, то у русского скрывается за первоначально неизбежным пессимизмом. Но главное то, что мы – два народа, страстно любящие жизнь и желающие ею наслаждаться.

Я довольно часто сейчас бываю в Италии, так как у фонда V-A-C есть свой дом в Венеции. В родной Неаполь стараюсь приезжать дважды в год, без этого плохо себя чувствую. В целом сейчаc мои мечты связаны c ГЭС-2. Это огромный проект, который изменит вид центра Москвы. Бывшая электростанция превратится в пространство, где будет жить современная культура. И надеюсь, что оно станет местом, необходимым для посещения, и домом всеобщей культуры.

Ольга Страда

Директор Итальянского института культуры в Москве. В России – 2 года. 

Мои первые воспоминания о Москве связаны с 60-ми. Наверное, это был 1962-й или 1964 год. Я была совсем еще маленькой, и мы, приезжая сюда, жили у художника­ Александра Лактионова – тогда это была не Тверская, а улица Горького. Я до сих пор помню запах красок, который стоял в его большой квартире. А еще я помню Москву без машин и как можно было доехать из аэропорта в центр всего за полчаса.

Дома в Венеции мы всегда говорили на русском. Он был островком русской культуры в Италии. Мой отец – Витторио Страда, крупный специалист по русской культуре и истории, а моя мама, Клара Янович, преподавала в университете историю русского языка. Она родилась на Дальнем Востоке, под Хабаровском, потом поступила в МГУ – там и познакомилась с папой. К нам приезжали многие культурные деятели того времени, а я зачитывалась журналом «Мир искусства», которому и посвятила свою дипломную работу.

После университета я переехала в Рим и начала организовывать выставки итальянских художников – в Москве и в Санкт-Петербурге. Приезжала в Россию практически каждый месяц. А окончательно переехала два года назад, когда меня назначили директором Итальянского института культуры.

Москва – очень живой город. Здесь ежедневно открывается сразу несколько выставок. Проходят театральные премьеры, концерты, кинопоказы. Думаю, что такого мощного всплеска творческой активности сейчас нет даже в Лондоне. Моя мечта – создать собственную премию, которая могла бы поддерживать молодые таланты, которые в будущем продолжат наш культурный диалог.

На мой взгляд, русская душа – это сочетание контрастов. В русском характере есть и страстность, и загадочность, и капля безумия, которая тебя влечет на подвиги. Он рекурсивный, как матрешка – каждый раз открываешь для себя новое и новое.

Здесь я стала иначе одеваться. Если дома предпочитаю более спокойный, сдержанный стиль, то в Москве нужно всегда быть с приставкой «очень», не сдавать позиций по отношению к красивым москвичкам, которые тщательно­ продумывают свой образ. Тем более что я представляю Италию – законодательницу стиля. Не хочется отставать!

Макс Мусто

Генеральный менеджер отеля Four Seasons Moscow. В России – 4 года.

Никогда не забуду свой приезд в Москву – в апреле 2013 года. Я увидел проект Four Seasons Hotel Moscow и подумал: «Wow, как красиво – Красная площадь всего в нескольких шагах!» За 19 лет работы я объездил полмира, поэтому мне казалось, что  я могу довольно легко приспосабливаться к новым условиям. Однако первая зима в Москве была очень суровой – для всей нашей семьи: моя жена родилась в Таиланде, дети – в Сан-Диего, ну а моя родина – Южная Италия, Неаполь. Окончательно растопить лед помогло тепло русских людей.

В Москве сумасшедший трафик, и в этом ее главное сходство с Неаполем. Хотя здесь ситуация намного хуже, но это, конечно, объясняется масштабом города. Я обожаю готовить дома. Моя дочь особенно любит ризотто с белыми грибами­ в моем исполнении, когда она просит добавку – для меня нет момента счастливее. Но должен отметить, что на московской ресторанной сцене сейчас появилось много интересного. Мой фаворит, конечно, Quadrum, а из последних находок – Chef’s Table.

Еще мне нравится русская традиция проводить выходные на даче. Свежий воздух, баня, шашлыки, семья... Полноценный отдых стоит того, чтобы выбраться за город, несмотря на пробки.

Напутствие итальянцам, выбравшим Москву? Забудьте о стереотипах и приезжайте с открытым сердцем. А к зиме прикупите шапку, чтобы на улице не отморозить уши!

Мария Аморозо

Политолог, преподаватель итальянского. В России – 3 года

Я пообещала себе, что когда-нибудь обязательно буду здесь жить. Так и случилось: три года назад, окончив факультет международных отношений в университете Неаполя, я приехала в Москву писать диссертацию. Чтобы лучше понимать страну и быть ей полезной (тема моего исследования – борьба с коррупцией в России), нужно прожить здесь какое-то время. Параллельно с диссертацией я веду курсы в школе при консульстве, она называется «Итало Кальвино» – единственная в России, где работают только итальянцы. Мне доставляет огромное удовольствие преподавать язык.

Большинство моих соотечественников жалуются, что в Москве им не хватает солнца, зато здесь везде есть Wi-Fi. Ты всегда на связи: и в метро, и на улице, и в ресторане. И еще в Москве ты можешь выйти за продуктами в три часа ночи – магазины работают. Это удивительно.

У меня появились новые привычки. Когда говорю: «Мама, я буду чай», – она каждый раз волнуется: «У тебя что-то болит?» В Италии, разумеется­, признают только кофе. Помню, как однажды друзья итальянцы поймали меня на том, что я пью американо за обедом, и сказали: «После этого ты можешь сжечь итальянский паспорт». Но в ритме мегаполиса все нужно делать быстрее, нет времени, чтобы размеренно выпить кофе. Кстати, еще одна фраза друзей в Италии: «Ты не в Москве – не надо бежать».

Мама поддерживает мой выбор. Уверена, она даже согласится с русским зятем, потому что знает: мне очень нравится жить здесь. Россия – уже часть меня, так что на мое быстрое возвращение мама не рассчитывает.

Уиллиам Ламберти

Шеф-повар, ресторатор, основатель UillToBe. В России – 20 лет.

Половина моей жизни прошла в Москве, я стал свидетелем потрясающего преображения столицы. Могу сказать, что жизнь в России отразилась на мне наилучшим образом: в Италии мои друзья и родные говорят, что я выгляжу очень молодо. Уверен, причина тому – русский холод, я тут законсервировался.

Из итальянского у меня остался только паспорт, чувствую себя русским. С родной страной связывает многое: там живут родственники, близкие друзья, там я влюбился в волшебство кулинарного искусства, впервые познакомился с профессией. Но работа в Москве для меня – большая школа жизни. Именно здесь я стал настоящим человеком и профессионалом. Главной трудностью в первое время был, банально, языковой барьер. Но теперь я достаточно хорошо говорю, благодаря чему, кстати, стал лучше понимать русский менталитет, ведь многое отражается в языке.

В Италии я бываю каждые 2–3 месяца. И в очередной приезд у меня родилась идея проекта Salumeria Moscow. В Риме множество ресторанчиков с местной кухней, и я захотел перенести этот формат в Москву. Недавно у нас полностью обновилось меню, оно стало более аутентичным, в атмосферу мы постарались привнести еще больше итальянского очарования и энергии. Во всяком случае, тут я ощущаю себя так, словно я в Риме.

Россия действует как наркотик. Попробовал однажды – и не можешь жить как прежде. Главная причина, почему я остался – простая и довольно распространенная: в Москве я познакомился с Ольгой, моей­ супругой. Русские женщины бесконечно восхищают своей красотой и тем, как по-королевски они ее несут. Образованные и умные, самоотверженные в любви, рядом с русской женщиной любой мужчина может почувствовать себя героем. На всякий случай уточню: это всего лишь мое личное мнение.

Мария и Уильям в одном из переулков Покровки
Фабио, Рита, Стефания и Джанлука с женой во время прогулки по Москве на двухэтажном автобусе
Тереза, Ольга и Макс в отеле Four Seasons Moscow

Фото: Антон Земляной

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйСентябрь 2017
Princess