Не подвели-2015: самые значимые культурные события года

[Стиль жизни] [Кино]
1320
2015 год была наполнен событиями если не мирового, то всероссийского масштаба - точно. Редакция Marie Claire подводит собственные культурные итоги года. Ниже о том, что нужно было обязательно увидеть, почитать, ощутить в уходящем году. Хорошая новость: восполнить имеющиеся культурные пробелы при желании можно будет во время новогодних праздников.

Выставки года:

«Валентин Серов. К 150-летию со дня рождения»

Крупнейший проект года Третьяковской галереи объединил 250 произведений художника из 25 российских и 4 российских музеев и частных коллекций. Выставка работает до 24 января, так что у вас еще есть шанс увидеть ее в новогодние каникулы. Помимо хрестоматийных полотен вроде «Девочки с персиками», «Петра I» и портрета Иды Рубинштейн впервые в России показывают портреты Александра III, двоюродной сестры Серова, скульптора Марии Львовой (героини другой знаменитой картины, «Девушка, освещенная солнцем» из собрания ГТГ). Экспозиция также включает в себя большую коллекцию графики, в которой, при всей известности Серова-живописца, он был даже сильнее, как считал Грабарь. Обратите внимание на грандиозный занавес для балета «Шехерезада», созданного для «Русских сезонов» Сергея Дягилева. Вся экспозиция занимает три этажа Третьяковской галереи на Крымском валу — на ее неспешный осмотр уйдет часа два, а то и больше, но оно того стоит. 

«Луиз Буржуа. Структуры бытия: клетки»

Организованная совместно с Домом искусства в Мюнхене, выставка в Музее современного искусства «Гараж» — крупнейшая на сегодня экспозиция знаменитой серии «Клетки». Как говорила сама Луиз Буржуа, «"Клетки" представляют разные виды боли: физическую, эмоциональную и психологическую, душевную и умственную. <…> В каждой "Клетке" есть удовольствие вуайериста — трепет от того факта, что ты наблюдаешь или наблюдают за тобой». Инсталляции образованы из найденных объектов и артефактов жизни самой Буржуа, и каждая из них предстает неким микрокосмом, материализованным воспоминанием о детстве и юности художницы, отпечатком ее душевного состояния. Выставка работает до 7 февраля. 

«Андрей Бартенев. Скажи: я тебя люблю!»

Этой осенью в рамках Московской биеннале современного искусства в ММСИ прошла масштабная ретроспектива Андрея Бартенева. «Человек-перформанс», «человек-театр», Бартенев — один из самых крупных современных российских художников, сформировавший целое поколение. На выставке были представлены его работы 90-х годов, в том числе авангардная интерпретация сказки Андерсона «Снежная королева», крупные инсталляции и кинетические скульптуры 2000-х, а также видеодокументация перформансов разных лет. Экспозиционное пространство музея напоминало огромную, сложносочиненную декорацию к никогда не прекращающемуся спектаклю. Впрочем, так оно и есть: выставка завершилась, но шоу продолжается. 

Открытия года:

Новое здание Музея современного искусства «Гараж»

В начале июня «Гараж» открыл свое первое постоянное здание в Парке Горького. Музей занял реконструированный по проекту архитектурной звезды голландца Рема Колхаса и его бюро ОМА павильон «Времена года». Само открытие стало самым грандиозным событием лета в Москве, собравшим художников, арт-критиков, журналистов, дизайнеров, моделей, актеров и режиссеров со всего мира. В числе гостей были Вуди Аллен, Джордж Лукас, Джефф Кунс, Ларри Гагосян, Стелла МакКартни, Миучча Прада. Среди первых выставочных проектов были показаны инсталляции известной японской художницы Яёи Кусамы «Теория бесконечности» и «Восхождение точек на деревья» и проект-исследование «Древо современного русского искусства». 

Новое здание Музея американского искусства Уитни

Музей Уитни в Нью-Йорке — одно из крупнейших собраний американского искусства. Строительство нового девятиэтажного здания музея Уитни по проекту итальянца Ренцо Пиано, архитектора парижского Центра Помпиду, продолжалось пять лет и обошлось в 422 млн долларов. Открытие состоялось 1 мая 2015 года, в честь чего на «Эмпайр Стейт Билдинг» показали световое шоу по мотивам двенадцати шедевров из коллекции музея. Первой выставкой стал беспрецедентный по масштабу проект America is Hard to See, объединяющий более 600 работ четырех сотен американских художников с начала XX века по настоящее время. 

Фильмы года:

«Левиафан», Андрей Звягинцев

Несмотря на то, что почитатели творчества Андрея Звягинцева его новый фильм успели посмотреть ещё до начала 2015 года, официально картина вышла в прокат только в уходящем году. Она наделала много шума, критики злорадствовали – «Оскара» Звягинцеву так и не дали, реальность он исказил, никого не напугал, а только расстроил. На деле же всё далеко не так однозначно, как нам, может быть, хотелось бы видеть. На этот раз мастер, кажется, превзошёл сам себя – страсть к притчам неожиданно гармонично соединилась с реализмом, если не сказать натурализмом. Жизнь загнивающей провинции, где автослесарь Николай живёт со своей женой и сыном-подростком. Отношения сложные, реальность – серая, из напитков - только водка, истина проста - монстр, мифический Левиафан живёт в каждом из нас, и рано или поздно непременно вырвется наружу, будь то любовь к другому при живом муже, или строительство храма, ради которого не жаль сломать человеческую жизнь (что она - одна жизнь, против Бога, который в каждом наравне с монстром). Борьба Бога с Левиафаном неравная, победит загадочное чудовище, шанса на спасения своему зрителю Звягинцев не оставил никакого.

«Любовь», Гаспар Ноэ

Этот фильм назвали скандалом года. Дескать, порнография, выходящая за все разумные пределы. На деле же ничего сверхъестественного Ноэ не показал – порнография, конечно, запрещена законом, но грань между той самой «запрещёнкой» и высоким эротическим искусством, как правило, размыта. Любовью занимаются все, сексом втроём тоже никого не удивишь, откровенными мечтами - тем паче. Сюжет у Ноэ прост – он, она и она, жена и несбывшаяся мечта. Поскольку каркас фильма банален и кем только не использован, Ноэ берёт интимными сценами, которые, к слову, по сравнению с его прошлыми творениями (половой акт, снятый с точки зрения… вагины) здесь ничего сверхъестественного ожидать не приходится.  Так что – по большому счёту – главным феноменом «Любви» является лишь раздутая скандальность и запрет на просмотр. 

«Курт Кобейн. Чёртов монтаж», Бретт Морген

Курт Кобейн - фигура, давно прибредшая масштабы мифа и легенды, так что фильм, вышедший в прокат некоторое время назад, пришёлся как нельзя кстати. Картина Морген основана на личных дневниках и аудиозаписях кумира миллионов. Кино абсолютно авторское, а, значит, придётся по вкусу далеко не каждому. «Чертов монтаж» — название одного из миксов Кобейна, кассета №58 из 108 найденных в его архиве. В нем он экспериментировал с изменением скорости у песен, что были на пластинках у него и его девушки, Трейси. Это одновременно и документальное и игровое кино - режиссёр работает на сломе жанра, тем самым не давая своему зрителю времени не то что опомниться - даже передохнуть. Фильм для ценителей настоящей музыки, настоящего искусства, ведь искусство на то и существует, чтобы беспрестанно меняться: от Баха до Nirvana, от музицирования до тяжёлых наркотиков.

Театральные постановки года:

«Сказки Пушкина», Боб Уилсон

К русской прозе Уилсон тяготеет давно – один из его последних спектаклей с Михаилом Барышниковым и Уильямом Дефо поставлен по Хармсу. Правда, в России он всё ещё не побывал, а жаль – у нас бы он вызвал бурю эмоций. И всё- таки в этом году в Театре Наций состоялась премьера спектакля "Сказки Пушкина" в постановке американца, правда родителям не стоит торопиться с покупкой билетов для детей. На афише значится маркировка "16 плюс", а саму постановку впору назвать "Сказки Роберта Уилсона". Имя этого режиссёра – гарантия здорового радикализма. Его стиль – это микс театра, кино, цирка и современного искусства. Его Пушкин – это практически Льюис Кэролл: он сам сидит на дубе, куда больше похожий на бёртоновского шляпника, нежели на «наше всё», сам рассказывает замысловатые истории, которые в концепции Уилсона приобретают совершенно иное звучание – читайте, мол, между строк. Здесь не будет ни единого сюжета, ни цельной драматургии – каждому предстоит зацепиться за что-то своё, потому что Уилсон готов говорить с каждым только на своё языке – театральном, нужно только услышать!

«Сон в летнюю ночь», Иван Поповски

Шекспир – вечен. На примере этого спектакля зрителю предстоит узнать, что такое настоящее праздничное действие, культура площадного представления, если хотите,  со всем своим разнообразием костюмов, масок, жанров и амплуа.  Буйство режиссёрской фантазии поражает, увлекает за собой в мир удивительного мира имя которому театр. Здесь репетируют пьесу к свадьбе герцога, здесь ссорятся царь и царица эльфов (Карэн  Бадалов и Галина Тюнина). Пытаясь помирить их, добрый малый, эльф Робин (Амбарцум Кабанян) перепутывает героев, все перевлюбляются заново. Несмотря на известность сюжета от первой буквы до последней точки, у зрителя не останется ни малейшего шанса предугадать не то что финал, но даже всякое последующее действие. А может быть и не стоит угадывать? Напротив, забудьте о времени, забудьте о пространстве – наслаждайтесь высоким искусством и наградой для вас станет катарсис.

«Гамлет», Деклан Доннеллан и Раду Поклитару

На новой сцене  Большого театра в этом году показали  балет «Гамлет» на музыку Шостаковича. Казалось бы, выбор неординарный – Шекспир, балет, Гамлет.. (кстати, «Ромео и Джульетта» нас, почему-то так не смущают). Создатели спектакля балетмейстер Раду Поклитару – хореограф церемоний открытия и закрытия Олимпиады в Сочи; и режиссёр Деклан Доннеллан – обладатель премий «Золотая маска» и «Хрустальная Турандот». Больше десяти лет назад на сцене Большого театра они поставили свою версию балета «Ромео и Джульетта», в этот раз снова творческий союз, и снова Шекспир. Полдесятка драматических театров в прошлом году выпускали к юбилею драматурга на сцену своих «Гамлетов». Однако самым «драматургическим» оказался именно балет, обойдя все не хореографические постановки.  

«Бег», Юрий Бутусов

Бутусов всегда идёт наперекор ожиданиям, так уж сложилось, что традиционное он запросто переворачивает с ног на голову, давно знакомое – делает новым, ожидаемое - неожиданным. В апреле 2015 года режиссёр выпустил новый спектакль на сцене театра Вахтангова, булгаковский «Бег». Михаил Булгаков обозначил жанр пьесы как "восемь снов" и вынес в эпиграф строчки Жуковского: "Покойся, кто свой кончил бег". Юрий Бутусов ставит именно сны, но не покойные, не примиряющие, а страшные, болезненные, дурные, проснуться из которых кажется совершенно невозможным. У Булгакова всего один персонаж существует в воображении другого — беременная мадам Барабанщикова у генерала Чарноты. У Бутусова героев "в воображении" гораздо больше, спасения нет, спасения не будет – и от чего-то в этом «спасения нет» отчётливо будут звучать ноты победного марша, в «спасения нет» и есть спасение.

Книги года:

«Стоунер», Джон Уильямс

Впервые этот роман на языке автора увидел свет в далёком 1965 году, а в этом его неожиданно издали на русском и отчего-то он пришёлся по вкусу московским читателям. Может быть из-за своей незнакомой философии, которая проста и одновременно с этим поражающе глубока, а возможно из-за внезапно нахлынувшей на произведение популярности – ставшим известным только после смерти автора.

Уильям Стоунер — не кто иной, как альтер эго Джона Уильямса. Перекликаются не только фамилия писателя и имя главного героя, но сами их судьбы выглядят даже не зарифмованными, а скопированными одна с другой. И что здесь первично — судьба автора или судьба персонажа, — так и останется загадкой. Если сорокалетний Уильямс, создавая роман, повторял на бумаге собственную судьбу, то страницы, рассказывающие о постаревшем Стоунере, стали своего рода подстрочником, с которым будет сверяться жизнь, подводя писателя к неизбежному финалу.

«Бродский среди нас», Элендея Проффер

Сегодня одни с пренебрежением говорят «Конечно, Бродский, это модно», другие постят на Facebook цитаты из его стихотворений, третье повторяют заезженное «Тогда, когда любовей с нами нет…». Бродский действительно в моде, и, тем не менее, вне зависимости от веяний времени – Бродский вечен, неизменен и, надо сказать, абсолютно равнодушен, будучи среди нас, в моде ли он (это метафора, конечно).

У литератора Элендеи Проффер Бродский – совсем не модный, вовсе не кумир. Рассказывая о поэте, Проффер не сводит с ним счетов, как свойственно большинству мемуаристов, но и не возводит в ранг небожителя. Она подмечает и фиксирует малейшие детали его душевного и физического облика — начиная с первой встречи и заканчивая его последним прощальным письмом. Так, едва ли не первой из всех людей, писавших о поэте, она находит добрые слова для Марины Басмановой, возлагая вину за разрыв не на нее, а на самого Бродского. Как результат, образ Бродского у Проффер получается на редкость ясным, цельным и не окрашенным в цвета ревности, обиды или преклонения.

«Покорность», Мишель Уэльбек

Фантастическая история о том, как президентом Франции стал мусульманин, поступила в продажу 7 января – в день первого в последующей череде парижских терактов. Фантасты, пусть даже не в чистом виде, обладают удивительным даром предвиденья, в той или иной форме. Хотя, по большому счёту, фантастика фантастикой вовсе не выглядит, эдакий художественный и пугающий вымысел, замаскированный под реальность. Ислам у Уэльбека не причина, а всего лишь следствие катастрофы в пространстве одного общества, истина открывается неожиданно и жутко: «Ислам» в переводе с арабского обозначает «покорность». На всех ждёт покорность, обещает писатель с оптимизмом, куда больше похожим на ночной кошмар.

 

Источник фото: архивы пресс-служб, кадры из кинофильмов

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйАпрель 2017
Star & Fashion Issue