Светлана Касьян: русский голос, который благословил Папа Римский

[Стиль жизни] [Истории успеха][Интервью]
755
Чтобы попасть на сцену театра в Италии, нужно быть в десять раз больше итальянцем, чем сами итальянцы. Юлия Сонина расспросила Светлану Касьян, каково это – петь на родине оперы?

Обед с Папой Римским

Marie Claire: это одна из дружественных инициатив Папы Римского – благословлять русских примадонн? Светлана, как было дело?

Светлана Касьян: я познакомилась с помощником Папы и пригласила его и Папу на сольный концерт в Риме. Папа прийти не смог, но назначил мне аудиенцию на утро на 5:30. Пока закончился фуршет, пока мы добрались до дома, было чуть ли не четыре утра. Помню, я думала, ставить или не ставить будильник? Или просто не ложиться на полтора часа?

Не проспали?

Нет. Приехали в Ватикан к пятичасовой службе. Потом состоялась аудиенция, на которой Папа благословил мой голос и меня. Папа сказал, что вокальный талант дан мне не затем, чтобы удовлетворять амбиции и тешить гордыню, а приносить пользу, петь во имя добра. Встреча была удивительной по энергетике. Чувствуется, Франциск обладает огромной силой, и при этом в нем такая простота и открытость... После аудиенции мы вместе пообедали в столовой Ватикана. Без обслуживающего персонала и всяких условностей. Папа сам запросто накладывал себе на тарелку еду – овощи, листья салата.

Урок пения от продавца рукколы

Для оперных певцов Италия по-прежнему место силы?

Конечно! Италия – родина оперы. Выступать здесь невероятно ответственно. Страшно даже думать об этом «бу».

Бу?

Когда местной публике не нравится артист, весь зал начинает скандировать «бу!». Мне повезло, что в начале карьеры я не знала, сколько певцов погубили итальянцы. Они очень требовательны. Любой продавец рукколы на рынке может напеть финальную арию Чио-Чио-Сан и знает наизусть дословно чуть ли не все три акта оперы.

Какой ваш любимый итальянский театр?

«Ла Фениче» в Венеции. Я дебютировала в нем в 2013 году – в роли Чио-Чио-Сан в опере «Мадам Баттерфляй» Пуччини. Спектакль шел в рамках Венецианской биеннале. Чтобы во время биеннале иностранка представляла Италию в итальянской опере – такое практически невозможно! Невероятная ответственность. Но даже при том, что я простудилась, это была первая постановка в моей жизни... без нервов. В венецианском театре и коллектив, и атмосфера, и акустика феноменальные. Есть театры, в которых даже самые большие и полетные голоса плохо заполняют зал. А тут ты можешь использовать всю палитру голоса. У тебя написано шесть пиано, и оно так прозвучит, что мурашки по коже. Самую тихую фразу слышно даже на худших местах.

Коуч с языком

Как вам удалось попасть в святая святых? В Италии проблемы с голосами?

Для оперного певца очень важно найти хорошего педагога. Мне с этим повезло. Начиная с Молодежной Оперной программы Большого театра с нами работает Дмитрий Вдовин. В МГК им. П. И. Чайковского я училась в классе Писаренко Галины Алексеевны. А вот в Италии педагогов высокого уровня становится все меньше.

То есть скоро итальянцы будут приезжать учиться к нам, или у них для этого слишком высокое самомнение?

Есть такое. В Италии много гениальных коучей. Коуч – это музыкант, пианист, который помогает певцам работать над стилистикой. Например, вот музыка Пуччини и Верди. Верди требует красивого легато, ровного звуковедения. Пуччини – большей выразительности. Это именно стилистический вопрос: как петь Верди, как петь Пуччини и как не петь двух этих композиторов одновременно, чтобы раньше времени не сгубить свой голос. Для итальянской оперы нужен итальянский коуч. Для французской – француз. Для немецкой – соответственно, коуч из Германии. Плохого произношения тебе никто не простит.

Верю. С дирижером и режиссером на каком языке общаетесь?

В Италии – на итальянском, в других странах – на английском. Переводчика нигде не предоставляют. Ты должен реа­гировать на реплики коллег в опере, как на родном языке. Но все большие дирижеры, как правило, знают несколько языков. Вот я сейчас выступала с таким гениальным дирижером, как Джанандреа Нозеда. Он и английским владеет, и, разумеется, родным итальянским, и даже русским.

Три запретных «не люблю» в Италии

На Апеннинах все еще говорят «дива» про оперных певиц?

Это настоящий культ! Когда там узнают, что ты оперная певица, и не просто оперная певица, а, как они говорят, «tu sei protagonista!», то есть ты главная героиня, которая поет главные партии, тебе завернут в самую красивую упаковку самые лучшие шоколадки. Отношение как к богине. Поклонники пишут письма – электронные и на адрес театра. После премьеры «Мадам Баттерфляй» мне в конвертиках присылали бабочек – в виде серебряных украшений, перламутровых бабочек и бабочек из муранского стекла.

Что, и на улицах узнают?

В Италии – да, в других европейских странах – тоже бывает. В России – меньше. Недавно была ситуация в Большом театре. Рядом сидели две дамы. Одна говорит другой: «Знаете, я через месяц иду на Касьян». А я тут, в двух шагах от нее. Помню, утром встала ненакрашенная, засунула карандаш в волосы, выбежала за колой в магазин, а ко мне женщина подходит за автографом.

Приятно почувствовать себя реинкарнацией Марии Каллас?

Это сейчас Каллас боготворят. А при жизни она такое перенесла! Она рано потеряла голос – настоящая трагедия. Мир оперы жесток. Сегодня ты поешь Манон Леско в Королевской опере, тебя выносят на руках, а завтра просыпаешься­ с бронхитом или трахеитом – распространенное явление у оперных певцов. И все. Выходит другой певец. Для сцены ты умер. Я видела столько таких историй! С другой стороны, это не дает снести крышу от успеха, вообразить себя гением.

Что в Италии большее кощунство – сказать «я не люблю Пуччини» или «я не люблю пасту»?

Мне кажется, равноценно. И еще – «я не люблю футбол». Но Италия так прекрасна, что при одном упоминании на лице уже улыбка.

Фото: Anvar Norov, Instagram

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйИюнь 2018
Yes/No