Мария Гордон: «На Wall Street сгореть очень легко...»

[@Work] [Интервью][Истории успеха]
1961
Независимый директор крупнейшей российской алмазной корпорации «Алроса» Мария Гордон рассказала Юне Козыревой о том, как ушла с блестящей позиции на Wall Street и почему любой девушке полезно хоть раз пройти экстремальным горным маршрутом.

Ее резюме хочется пересказывать в героическом жанре. Одна девочка из Владикавказа решила пойти на журфак МГУ. Сама нашла себе репетиторов и с блеском поступила. Почти сразу же по совету подруги стала сотрудничать с Washington Post. С третьего курса по гранту уеха­ла в США и продолжала учиться. Работая на Wall Street, стала­ одним из ключевых специалистов по инвестициям в развивающиеся рынки. Вышла замуж за британского политика, а во время второго декрета серьезно увлеклась скалолазанием – хотя на школьной и университетской физкультуре всегда была на скамейке запасных. Сменила пост фондового управляющего на «портфельную» карьеру, в которой оставила место семье, альпинистским рекордам и собственному благотворительному фонду. В прошлом году поднялась на Эверест, проведя два дня в «зоне смерти» выше отметки 8 тысяч метров. Пешком дошла до обоих полюсов и намерена покорить все «восьмитысячники» мира... Знакомьтесь: Мария – «студентка, комсомолка, спорт­сменка и просто красавица».

Мария Гордон смеется: «Что вы, моя биография – это комикс! Героическая драма развивается слишком линейно: в какой-то момент у человека наступает кризис середины жизни – и потом всё, Анна Каренина бросается на рельсы. А в комиксе все движется по малопредсказуемым поворотам сюжета. Никогда не знаешь, что будет за углом. Быть может, придет нестандартное решение и станет твоей жизнью».

Студентка

M.C.: Мария, только от перечисления всего, чем вы занимаетесь в жизни, уже ощущаешь головокружение – наверное, как на высокогорье, где я никогда не была. Алмазы и миллиардные инвестиции, альпинизм и связанный с ним благотворительный фонд, который помогает поверить в себя девочкам-подросткам, семья и воспитание собственных детей – что из этого списка вы ставите на первое место?

Мария Гордон: Всё. Может быть, такой ответ не очень подходит для вашей рубрики @Work? Раньше, когда я работала в Goldman Sachs или Pacific Investment Management Company, работа действительно была самой важной. А сейчас у меня сложились три приоритета – это семья, альпинизм как личная страсть и профессиональная стезя.

И вам удается держать баланс между ними?

Надо стараться каждый день! Иногда получается сов­мещать – например, роли мамы и альпиниста. Мы с детьми много бываем на природе, в горах. Но вообще эти три мира очень разные. И каждый затягивает, каждый интересен и привлекателен. Когда альпинист проводит 2–3 недели на маршруте, он уходит во внутреннее путешествие – это почти религиозный опыт. В такой момент представить себе какую-то другую часть мира сложно – все кажется серым, некрасивым. Но потом, например, вы едете в командировку в Москву, вникаете в вопросы менеджмента биржи или руководства корпорацией – и это тоже безумно интересно. А когда вы дома – что может быть важнее и интереснее детей, без конца задающих сумасшедшие вопросы?

Одна сфера подпитывает другую?

Конечно. И тогда у вас не наступает эмоционального выгорания. Почти 20 лет я работала на Wall Street, занималась инвестированием очень серьезных сумм, порядка 10 миллиардов долларов. Когда вы находитесь только в этом, вы все время прикованы к ленте новостей Bloomberg, к движению акций. И сгореть здесь очень легко. Потому что мир сужается до цифр на маленьком экране. И хорошо, когда есть другая среда, куда вы можете выйти, открыться. Мне кажется, чтобы не дойти до депрессии, не свести себя к одним цифрам, необходимо трезво оценивать свое состояние и иметь такой выход. Для меня, например, это горы. Это соборы природы!

Комсомолка

Ну, к вершинам, похоже, вы стремитесь во всем – наверное, с детства были отличницей?

Конечно. И комсоргом школы. Кажется, это называется «type A» – человек, у которого есть амбиции. Driven, заведенный.

Вы откуда берете свой драйв?

Наверное, я всегда была любознательным человеком. Интерес к миру вообще лежит в основе всего. Важно не бояться задавать вопросы и пробовать что-то новое. Это и ведет вас по жизни. Думаю, в нашей семье гибкость у всех в характере – именно гибкость, а не отсутствие принципов. Например, мой дедушка всю жизнь был партийно-хозяйственным руководителем. И меня поразило, когда в конце 1980-х он, пересмотрев свои взгляды, стал демократом. Представляете, почти в 80 лет поменять свое восприятие мира! Если вы готовы меняться, не существует никакого «жизненного заката». По-моему, красота в человеке – это и есть умение держать открытым свой ум.

Вы сами три года назад ушли с Wall Street. Вот так взять и сменить блестящую карьеру – разве не страшно?

Знаете, изменения всегда проходят болезненно. Но когда понимаешь, что вот на этом этапе жизни твоя любознательность уже исчерпана, нужно себя как-то переизобрести. Это не трагедия, это нормальный процесс. В такой поворотный момент открываются многие двери – пусть ты еще и не знаешь, в какую из них войти. Но все-таки бог дал тебе ум, родители – образование, а ты сам – жизненный опыт. Если попробуешь открыть несколько дверей, капитализируя то, что у тебя уже есть в активах, то обязательно чего-то достигнешь.

И как вы эти двери открывали?

Уходя из PIMCO, я уже знала, что хочу так называемую «портфельную» позицию, войти в совет директоров. Мне было 40 лет. Помню, как одна хедхантер в Нью-Йорке, изучив мое резюме, так нежно посоветовала: «А вы лучше пойдите и родите еще одного ребенка. Ну что вы будете делать в совете директоров?» Внутри у меня будто нажали какую-то кнопку: было обидно, но эта обида трансформировалась в вызов. Я сказала себе: докажу, что могу это сделать. Стала думать и поняла, где у меня есть уникальный опыт: на пересечении дорог России и глобального бизнеса. У меня два паспорта, две культуры, солидная репутация в работе с иностранными инвесторами. Поэтому я могу войти в совет директоров российской компании не с помощью российского правительства, а как человек, представляющий интересы крупных институциональных инвесторов. В результате так и получилось. Но до этого я пробовала разные варианты. Один семестр преподавала в университете – было интересно, но я поняла, что это не моя стезя. Пробовала посмотреть на мир инвестиций в социальный капитал – и там применения для себя не нашла. Нужно было постучаться во многие двери, прежде чем получить портфель корпоративного директора. У каждого из нас есть логичная линейка опыта, который потом трансформируется в новые обязанности. Маршрут выстраивается по мере продвижения. И мы сами рисуем себе удачу.

«Портфельная» карьера сегодня становится модным понятием. В чем ее главные плюсы для вас?

Мне нравится, когда в жизни есть несколько линий, иначе все будет скучно и одномерно. На самом деле такая карьера нелегка – она предполагает самоопределение целей. У вас нет начальника, вам никто не говорит, что надо делать. Поэтому нужно быть честным и жестким с собой. И вставать не в 11, а в 7 утра.

Да! Меня поразило, когда вы сказали, что будете готовы к интервью с 8 утра. Вы всегда так рано начинаете?

Конечно. Потому что знаю, что в два у меня встреча с начальником комитета по аудиту. А в пять – обсуждение компенсаций на Московской бирже. А в семь вечера – балет в Большом театре. День расписан. Иногда в Москве меня раздражает, что ничего не начинается раньше одиннадцати. Другое дело, что потом гуляние никогда не заканчивается, и это прекрасно... Но жаль, когда люди не ценят эти 2–3 утренних часа.

Спортсменка и красавица

Построив карьеру, поднявшись на Эверест и покорив оба полюса, вы основали еще и благотворительный фонд, чтобы приобщить 13–15-летних девочек к альпинизму. Когда и зачем возникла такая идея?

Два года назад я шла по снегу Антарктики к Южному полюсу. Я уже была скалолазом-альпинистом, но когда вы идете на рекорд Explorers Grand Slam, нужны совершенно другие качества. Не гибкость, не легкость, а наоборот – умение тащить большой воз. Арктические экспедиции завязаны на самообеспечении: все участники везут на своих санках одинаковый груз. Причем 50 кг для мужчины – это может быть 50% его собственного веса, а для меня это все 100%. Везти санки было очень трудно, но куда уж денешься? Дня через 2–3 я поняла­, как правильно их тащить. Начала слушать музыку, а не переживать о том, как все тяжело. А одного из членов моей команды – мужчину, который уже бывал на Эвересте, – как раз эвакуировали с маршрута. И я подумала: почему я, девочка, которая в школе «завалила» физкультуру, могу с этим справиться, а он не смог? Возможно, разница в силе воли и образе мышления. У меня они были развиты годами советского опыта и тяжелой работы. Такое преодоление природа награждает победами. Но есть ли обратная связь? Можно ли через горы и альпинизм развить в себе силу воли? Ответ – можно. Вот и возникла мысль создать фонд, который будет развивать девочек-подростков. Статистика подтверждает: они гораздо реже, чем мальчики, верят, что способны сделать в жизни что-то новое, готовы взять на себя риск. От этой разницы в self-confidence потом идет и большая разница в достижениях мужчин и женщин в корпоративном мире. Под конец моего рекорда у нас появился спонсор, и я вложила деньги в благотворительный фонд. Мне не нравится гендерный баланс в мире альпинизма. Высшая награда «Золотой ледоруб» за последние 25 лет всего два раза была выиграна женщинами. Наверное, это неправильно. Как это изменить? Надо дать женщинам опыт экспедиций.

Но лично вам от этого какая радость?

Самая большая радость – это когда ты можешь свои навыки, умения и некоторые деньги сделать катализатором изменений. Понимаете? Я видела, как в мире бизнеса совмещение интеллектуального капитала с деньгами вдруг дает толчок и меняет все. Удовольствие – это когда вы что-то изменили. Произвели революцию – но не через бунт, а своим умом.

Детей вы в таком духе и растите?

Знаете, у них совсем другое начало жизни. Мы выросли в мире нехватки... всего. Нами двигали комплексы. Чтобы пробиться, нужны были амбиции, какое-то бесстрашие, неуспокоенность. Как передать это детям, у которых в принципе все есть? Я стараюсь – через спорт или горы. Чтобы дать им эту жадность к жизни, воспитать любознательность и открытость к миру, надо показать, как идти вперед и преодолевать. Будет обидно, если дочь и сын вырастут замкнутыми в своем маленьком мирке. Мне бы хотелось дать им понимание, что жизнь не черно-белая – в ней очень много красок и разных путей.

И это все о ней: Мария Гордон

Возраст: 43 года
Семья: муж, дочь (9 лет) и сын (7 лет)
Образование: факультет журналистики МГУ; бакалавриат факультета политологии University of Wisconsin; магистратура Tufts University
Карьера: внештатный корреспондент московского бюро Washington Post; после учебы и работы в США – управляющий директор инвестиционного банка Goldman Sachs; портфельный менеджер Pacific Investment Management Company (PIMCO); независимый директор, член советов директоров акционерной компании «Алроса» и Московской биржи
Одежда: для спорта – Arc’teryx, Prada, Bottega Veneta
Beauty must-have: Masque Multi-Régénérante, Clarins
Духи: Pomegranate Noir, Jo Malone
Чтение: Джулиан Барнс, Элена Ферранте
Музыка: Florence + The Machine, Blind Pilot, Renaud, русские барды
Релакс в городе: при любой возможности идти пешком

Фото: Илья Вартанян

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйЯнварь 2017
New chic