Из любви к искусству: как художник превратил часы в арт-объект

[Стиль жизни] [Интервью]
168
Французский художник Марк Ферреро рассказал, как героиня его серии Lipstick перебралась с картин на циферблат часов Hublot.

Примерно раз в два года Hublot затевает коллаборацию с кем-то из известных современных художников, – рассказывает об инициативе Hublot Loves Art маркетинг-директор часового Дома Филипп Тардивель. – Иногда это приводит к созданию часов – причем моментально, как в случае с Марком и новыми Big Bang One Click.

Мы сидим на вилле французского художника Марка Ферреро – прямо напротив портрета прекрасной Лизы, героини которую он выдумал и которая превратила Марка из простого парня с гремучей смесью в крови в маэстро, которому заказывает картины весь Лазурный берег.

Творческое сотрудничество напоминает историю любви, – рассказывает мне Ферреро. – Иногда все складывается как по волшебству, иногда нет. Я работал со многими людьми, и мне никогда не было так легко как с Hublot. Бренд уважает свободу художника. Вместе мы создали необычный часовой дуэт, в котором заключено важное послание. Успех часто приходит из ниоткуда к тем, кто обладает индивидуальностью и не стремится быть похожим на других. Работая над Big Bang One Ckick, я думал о независимых женщинах, хотел, чтобы встретились две яркие личности: часы и их будущая владелица. Легкая, динамичная, уверенная, свободно мыслящая.

Как художник и часовой бренд находят друг друга? У нас был общий друг в Швейцарии, он организовал встречу. Все произошло очень быстро. Я показал серию картин Lipstick в разных цветах и стилях (от кубизма до элементов граффити). Lipstick для меня – как «Подсолнухи» для Ван Гога! Я объяснил, что героиня этой серии Лиза Лавентура – женщина XXI века и первая выдуманная звезда в мире искусства. Другие прославленные живописью дамы, как Мона Лиза, жили на самом деле. Художникам свойственно отталкиваться от реальности, писать с натуры, пересказывать истории, которые уже произошли. Я перевернул процесс, начал с фикции, создал героиню с нуля и выстроил историю вокруг нее. Теперь люди звонят мне со всех концов света, потому что хотят иметь портрет Лизы.

С Лизой можно делать самые невероятные вещи, ее внешность достаточно гламурна, но социальная роль может быть любой: бизнес-леди, девушка с обложки, светская львица, роковая красотка. Помада, которую вы видите на циферблате, ее символ.

Работа над Big Bang продлилась полтора года. Чтобы у дизайнеров Hublot были все линии, мне пришлось вернуться к скелету картины, а затем попробовать изменить лицо героини так, чтобы оно легло в круг циферблата. Если изначально художник не держал в уме именно круг, это не так просто. Я нарисовал около пятнадцати вариантов лица, пробовал разные позиции.

Выбор цвета часов был для меня одним из самых непростых в этом проекте. Я написал Лизу в девяти цветовых решениях. А надо было оставить два. Пытка! Показалось, что эти два цвета – бирюзовый и красный – больше притягивают взгляд. Бирюза солнечная, она хорошо смотрится летом на загорелой коже. Дерзкий, эмоциональный красный подходит для зимы, когда вокруг все черно-белое. Это моя идея элегантности – небольшие, но очень сильные детали.

Разные вариации "Лизы"
Марк Ферреро и главный редактор журнала Marie Claire Анна Бурашова

Кстати, мировое турне моей героини Лизы продолжается. Есть все шансы, что скоро она станет звездой фильма или сериала. Однажды во время Каннского фестиваля в мою галерею зашел мужчина. Через две минуты он сказал моей жене Сабин, что его заинтересовала концепция, попросил прислать всю информацию о героях и сюжетной канве в его офис в Лос-Анджелесе. Так я случайно вышел на продюсеров «Мачете». Они любят сумасшедший мир графических историй! Мы уже полтора года работаем над сценарием с моими героями. Вообще забавно быть художником и иметь доступ к кинопродюсерам. Но, в моем представлении, так и должен работать современный человек искусства. Необходимость пересечения жанров – не вопрос бизнеса, а поиск возможности поделиться с как можно большим количеством людей.

Мне прислали список режиссеров с фантастическими именами. Если говорить об актрисах, мне кажется, из Энн Хатауэй получится прекрасная Лиза Лавантура.

Будущая киноистория пересекается с моей биографией. Моя мама была французским дизайнером, а отец родился в Аргентине. Я вырос на рассказах, как во времена его юности ковбои устраивали перестрелки на улицах, поэтому сделал одного из главных героев аргентинцем. Верите или нет, я не хотел связывать жизнь с живописью. Когда мне было десять, родители принесли несколько книг о художниках. Я читал о Дали, мне нравились образы, но я не понимал ни единого чертова слова из того, что там говорилось. Меня больше увлекали комиксы, я мечтал профессионально их рисовать.

 В 16 лет бросил школу и отправился путешествовать, черпать идеи. Фьюжн разных культур – единственный способ искать новые направления, жить, творить. Невозможно идти этим путем без понимания, что мы должны приветствовать фьюжн всего. Когда мне было двадцать семь, я остановился в Брюсселе, чтобы заниматься комиксами, даже выиграл приз, учрежденный бельгийским дизайнером Оливье Стреви. Но для меня не нашлось работы в индустрии комиксов, наверное потому, что в душе я всегда был художником, на тот момент застрявшим между двух миров. Я еще не осознавал этого, к счастью, сама жизнь лишила меня выбора. Я стал доводить до ума собственные идеи, привлек внимание коллекционеров, открыл галерею. Я из небогатой семьи, все, что у меня есть сейчас, пришло в результате моего успеха. Около 10 000 написанных мной картин находятся в частных коллекциях по всему миру.

Фото: архивы пресс-служб

Нажмите и читайте нас в Facebook
НовыйАпрель 2019
Beauty First