Искусство «возвращения домой»: как принцесса Диана и Кейт Миддлтон изменили вековую традицию

[Стиль жизни] [Принцесса Диана][Кейт Миддлтон][Династии]
51625
Принцесса Диана и Кейт Миддлтон наполнили выписку из роддома тайным смыслом.
Кейт Миддтон с новорожденным сыном в сопровождении принца Уильяма покидает госпиталь Св. Марии (23 апреля 2018 года)

23 апреля 2018 года вошел в историю как день рождения еще одного наследника в британской королевской семье – принца Луи Артура Чарльза Кембриджского (история события ─ «Это мальчик: Кейт Миддлтон родила третьего наследника»). Появление на свет малыша было отмечено несколькими моментами: потрясающим единением британской нации вкупе с миллионами фолловеров герцогини Кембриджской по всему миру, невозможным очарованием лиц юных Джорджа и Шарлотты, спешащих к новорожденному брату, и потрясающе цветущим видом Кейт Миддлтон спустя всего несколько часов после родов. Выход новоиспеченной матери трех детей на крыльцо крыла Линдо госпиталя Св. Марии произвел вау-эффект такой силы, что мгновенно расколол армию поклонников герцогини на два лагеря – обожателей и, неожиданно, хейтеров. Последний составили преимущественно рожавшие женщины, которые вдруг почувствовали себя униженными и оскорбленными – невозможно, мол, так выглядеть через 6 (да и 12, и 24!) часов после родов, а главное, зачем это делать. Мы уже рассказывали об этом в материале «Почему герцогиня Кембриджская поспешила покинуть госпиталь после родов?». Теперь объясняем, почему не все так просто в королевстве, и что нормы и стандарты там диктуют не желания, а обязанности.

Искусство выглядеть «неотразимо мило и по-домашнему уютно» после воспроизведения на свет потомства относительно новое для королевских особ. Правила показов свадебных нарядов и аутфитов официальных мероприятий за два с лишним столетия монаршие особы отточили до совершенства. Но до 1982 года молодые и не очень матери королевской семьи с новорожденными скрывались от посторонних глаз в дворцовых покоях, и были избавлены от позирований фотографам, пока малышу не исполнялось хотя бы несколько недель. Это значит, необходимости хорошо выглядеть «сразу после» у них не было. 

Отличный пример ─ Елизавета II, снимки которой с малышом Чарльзом на руках были сделаны после того, как ему исполнился месяц (надо полагать, будущая королева использовала это время, в том числе, чтобы привести себя в форму).

Все изменила Диана, которая появилась 22 июня 1982 года на том же самом крыльце крыла Линдо, где мы уже трижды видели Кейт Миддлтон, с маленьким принцем Уильямом на руках. Традиция появления наследников престола во дворце была нарушена, а вместе с ней положена новая – публичная выписка, включающая в себя и официальный фотосет. И как бы не нравилось это принцессе Диане, прав, скорее всего, был Чарльз, утверждавший, что новорожденный королевской крови «принадлежит всем». 

Принцесса Диана и принц Уэльский с новорожденным сыном Уильямом, 22 июня 1982 года

Времена менялись, и королевской семье нужно было адаптироваться к переменам. Так, Диана, оказалась под прицелом камер спустя всего сутки после родов, но выглядела в общем и целом хорошо. Наряд на ней был не просто красивый и удобный, а символичный. Женщины во всем мире часто выбирают для выписки из роддома эластичные леггинсы и объемные свитера или толстовки, что объяснимо с точки зрения комфорта (особенно, если роды были первые или трудные). Диана, а за ней и Кейт пошли дальше просто хорошего вида и сделали одежду невербальным сигналом для общения с публикой (читаем также «Материнские инстинкты: в чем Кейт Миддлтон копирует принцессу Диану»).

«Домашний» стиль беременной принцессы:

В середине 80-х мода для беременных тяготела к большим объемам (сегодня мы называем это оверзайзом), которые не подчеркивали недостатки фигуры, а скрывали их. Часто, увы, вместе с достоинствами. Известно, что когда Диана была беременна Уильямом, она обратилась к дизайнеру детской одежды, француженке Катрин Уолкер с просьбой сшить ей несколько простых платьев в едином стиле – свободного силуэта, с бантом у выреза средней глубины и рукавами-«фонариками». Впервые она надела его за полтора месяца до родов на спортивное мероприятие – матч по поло с участием Чарльза, и это стало отправной точкой зарождения так называемого образа coming home. Многие обозреватели тогда отметили, что Диана выглядела чудесно – молодо, непринужденно и как-то по-особенному свежо. 

Чарльз и Диана в июне 1982 года

Это же восприятие она попыталась ретранслировать, выйдя в том самом бирюзовом платье в горошек на крыльцо крыла Линдо. Проба вышла немного скомканной, и дело было даже не в «повторенном» платье: ребенок оказывался на руках то у Чарльза, то у Дианы, и ощущалось не столько счастье, сколько нервозность молодых родителей. Но нельзя не отметить аккуратную укладку Дианы и легкий непринужденный макияж. 

Принцесса Уэльская не могла позволить себе (или ей не могли позволить) появиться на публике неухоженной: пусть всего 24 часа назад, но она подарила Британии будущего монарха, и сама должна была стать королевой, а значит, она умеет и может больше, чем обычная женщина.

Вторая выписка – возвращение домой с принцем Гарри – была отмечена более сдержанным стилем матери. Красное платье и пальто в тон Jan Van Velden были лишены кокетливых «легких» деталей, а образ Дианы в целом казался более деловым, нежели женственным. Со строгими линиями, широкими плечами и простыми рукавами белый воротничок заиграл совсем по-другому – он заявлял о серьезности момента, принятии возложенной на эти плечи ответственности и понимании своих возможностей. Многие критики именно этот наряд считают началом «fashion-эпохи леди Ди», когда аутфиты принцессы Уэльской стали более уверенными и смелыми, и Диана начала пытаться сама диктовать тренды, а не слепо следовать им.

Почти тридцать лет, которые прошли от второй выписки из роддома Дианы до первой из трех выписок Кейт Миддлтон, не прошли даром. Мода, медиа-пространство и требование толпой зрелищ изменились. В 2013 году Британия страстно желала наблюдать за родами престолонаследника едва ли не онлайн (подробная ретроспектива ─ «Самые трогательные моменты трех выписок герцогини Кембриджской из роддома»). И, конечно, увидеть малыша публика тоже хотела как можно скорее. Для первого публичного официально материнского выхода Кэтрин попросила Дженни Пэкхем, одного из любимых своих дизайнеров, сшить особенное платье.

Когда герцогиня Кембриджская, спустя сутки после родов, появилась на пороге крыла Линдо госпиталя Св. Марии в нежно-голубом платье в мелкий белый горошек аналогии с образом Дианы, представляющей миру новорожденного Уильяма, пришли моментально. Это был тактичный стилевой, нет, даже не реверанс, а поклон той, чье отсутствие в этот день ощущалось особенно остро. Никто не скажет, скольким людям тогда лучезарная улыбка Уильяма напомнила, что их любимая принцесса никогда не возьмет на руки малыша-внука, а он никогда не назовет ее бабушкой…

Конечно, нужно отдать должное личной команде герцогини – усилия стилиста Наташи Арчер и парикмахера Аманды Кук Такер по приведению новоиспеченной матери в форму «а был ли мальчик?» оказались титаническими, но результат подкупал вполне качественной натуральностью. Волосы Кейт оформили в привычные для нее локоны, а макияж был простым и естественным.

Впрочем, ничто человеческое герцогиням не чуждо: заметен был шаг в зону комфорта. Обувь Кейт предпочла более удобную – туфли на танкетке, проигнорировав стандартные для своего обычного стиля лодочки на шпильке.

С рождением принцессы Шарлотты была другая история. Платье очень весенней расцветки с принтом лютика конечно же от Дженни Пэкхем было уже не просто милым, но истинно элегантным. 

Такого же простого и свободного кроя, как и первое (возможно, даже чуть более свободное, чтобы скрыть любые намеки на еще несократившуюся матку и «остатки» беременного живота, за которые Кейт досталось от злопыхателей в первый раз), оно отличалось уникальным колоритом: модные обозреватели отметили выбор белого цвета как «особенно смелый».

Кейт чувствовала себя уже более уверенно, и обуться предпочла в любимые нюдовые лодочки, а причесаться и накраситься – более ярко, даже глянцево и гламурно. Волосы были фактурно завиты на концах, игриво подпрыгивали и развевались, подводка драматично-интенсивно темнела, подчеркивая глаза, а помада и румянец персикового оттенка корректно дополняли макияж. 

«Яркая и свежая» – так окрестила этот аутфит британская пресса. Взгляд Кейт был уже не относительно расслабленным после завершения трудной миссии, как это было в случае с Джорджем, а собранным, «рабочим» и фирменно-королевским.

Наконец, третий выход Кэтрин-мамы. Как шутят британцы, Кейт простили бы даже выход на крыльцо роддома в «беременных» джинсах с резинкой и хлопковой футболке. Но маловероятному сценарию не суждено было сбыться. Выписка герцогини Кембриджской с новорожденным Луи Кембриджским (имя, конечно, счастливые родители озвучили много позже) проходила под знаком национального колорита.

Уверенная в себе и полная достоинства Кейт появилась в красном платье прямого кроя с рукавами 3/4 авторства опять-таки Дженни Пэкхем. Платье отличалось белым кружевным воротничком, и пока мировые светские хроникеры корили Кэтрин за «народный стиль», слишком простящий и старящий ее, сентиментальные британцы тайком утирали слезу ─ как похожа была герцогиня Кембриджская на принцессу Уэльскую в ее последнем аутфите на пороге роддома в 1984 году! 

Красный оттенок платья Кейт, как еще считается, был отсылкой к одному из главных цветов флага Великобритании, и не стоит забывать, что маленький Луи родился аккурат в национальный праздник ─ День Святого Георгия, покровителя Англии. 

Замшевые нюдовые лодочки на каблуке, укладка, макияж ─ «золотой стандарт» при ней. Ни намека на усталость, недомогание, сонливость ─ только воля, выдержка, харизма и обаяние. Одним словом, перед нами будущая королева. 

Фото: Getty Images

Нажмите и читайте нас в Facebook
Спецпроекты
НовыйСентябрь 2018
IQ