Фото №1 - Любовь по переписке: самые романтичные письма Николая II и его будущей жены Александры
Николай II и Александра Федоровна (урожденная принцесса Алиса Гессенская)

Их трогательные письма, наполненные юношескими переживаниями, пылкими признаниями и мучительными сомнениями, вошли в книгу «Двое во всем мире. Личная переписка Николая II и Александры». Публикуем отрывок из нее.

Наследник Цесаревич Николай Александрович и Принцесса Гессенская Алиса (Аликс в домашнем варианте) познакомились в 1884 году, на свадьбе старшей сестры Алисы Эллы, будущей Великой княгини Елизаветы Феодоровны. Она выходила замуж за Великого князя Сергея Александровича — дядю цесаревича. Тогда молодых людей звали Ники и Аликс. Цесаревичу было 16 лет, ей еще меньше — 12. Пройдет 32 года — и Императрица Александра Феодоровна, вспоминая давнее, напишет мужу: «Мое детское сердце стремилось к тебе с глубокой любовью».

Цесаревич подарил принцессе маленькую брошку, взятую у матери — Императрицы Марии Феодоровны. Сперва она приняла ее, но потом решила, что подарок от малознакомого, хотя и так ей понравившегося юноши принимать нельзя. И на детском балу в Аничковом дворце, танцуя с наследником, вложила ему в руку комочек бумаги, в котором была подаренная брошка…

Цесаревич Николай, впервые увидев застенчивую златоволосую Солнышко (так звали Аликс близкие), смотревшую на мир голубыми глазами, был сразу очарован. После первого дня, проведенного вместе, он записал в своем дневнике: «В 1/2 восьмого обедали со всем семейством. Я сидел с маленькой двенадцатилетней Аликс, которая мне ужасно понравилась…»

За несколько дней, проведенных Ники в обществе маленькой принцессы, Аликс стала ему еще дороже. 31 мая 1884 года они тайком от всех нацарапали свои имена на окошке итальянского домика в Петергофе: Alix, Niki. Вечером цесаревич занес в свой дневник: «…мы друг друга любим… Мне очень и очень грустно, что милая Аликс покинет меня…» Так началась эта трогательная история, царственные герои которой десять лет боролись за право брака по любви.

Второй раз Алиса приехала в Россию зимой 1889 года в гости к сестре. На этот раз она принимала участие в жизни Высочайшего Двора. Самым приятным для нее в придворных балах было то, что она встречалась с престолонаследником. Они много танцевали с Ники и провели несколько часов в оживленной беседе. «Я чувствовала такую грусть, покидая Россию, — писала она сестре. — Я не знаю, но, когда уезжаю из того места, где мне было хорошо, из страны, где живут люди, особенно дорогие мне, к горлу подступает комок. Когда не знаешь, вернешься ли когда-нибудь снова туда, что случится за это время и будет ли снова так же хорошо. Есть ли у тебя новости от (Ники. — Ред.)? Дай мне знать, хорошо, дорогая? Как жаль, что тебя здесь нет, чтобы помочь мне все понять. Молись за меня, дорогая, чтобы у меня хватило сил поступить правильно и чтобы Бог указал мне дорогу, которую я должна выбрать». Сердце Алисы разрывалось перед предстоящим выбором между Богом (переход из протестантизма в православие она рассматривала как измену самым святым чувствам) и любимым человеком.

Дневник цесаревича 1889 года открывается фотографией юной Аликс. В том же году наследнику цесаревичу исполнился двадцать один год, и он обратился к родителям с просьбой благословить его на брак с принцессой Алисой. Император Александр III и Императрица Мария Феодоровна выступили категорически против.

Фото №2 - Любовь по переписке: самые романтичные письма Николая II и его будущей жены Александры
Николай

Выбор невесты для будущего русского Государя был вопросом большой политики: цесаревича ждала партия с принцессой Орлеанского Двора. Поэтому Николаю запретили встречаться с Алисой во время ее редких приездов в Россию. Но он упорно настаивал на своем желании видеть своей невестой и женой только Алису и так же, как она, отклонял все предложения брачных союзов.

Поразительно, что за десять лет влюбленные виделись всего два раза — в 1884 и 1889 годах!

Их следующая встреча произойдет еще через пять лет, уже в Кобурге. Между встречами — одни фантазии, и воспоминания, и тайная переписка, осуществляемая через сестру Алисы (Великую княгиню Елизавету Феодоровну).

9 июня 1889 г.

«Дорогой Ники! Весь день я думала и думала о нашем разговоре, и твоя записочка*, которую я только что получила, доставила мне большое удовольствие. От всего сердца благодарю тебя. Конечно, я сказала Сергею, но никто другой ни слова из нее не узнает. Ты знаешь, мне сказали, что если горячо молиться в церкви, то Бог услышит твои молитвы — так вот, в Иерусалиме и в доме Павла я так глубоко молилась за вас обоих, чтобы Он свел вас вместе в любви друг к другу и к Нему Его благословением. Сегодня я написала Аликс и сообщила ей, что вчера мы долго беседовали, в том числе и о ней, и что ты с большим удовольствием вспоминаешь визит этой зимой, и как ты был рад ее видеть, и что я могла бы передавать тебе добрые пожелания от нее. Более прямо сказать я не осмелилась, так что удовлетворись этим — с Божией помощью все пойдет хорошо. Вера и любовь могут многое… Если у вас есть вера в Него и друг в друга, все пойдет хорошо… Нежно целую. Сергей и твоя любящая тетушка».

*Принцесса Аликс и цесаревич Николай не могли вести личную переписку, и цесаревич обратился за помощью к сестре Аликс — Великой княгине Елизавете Феодоровне.

29 августа 1890 г.

«Дорогой Ники, …Мы очень часто говорили с ней, но барьер, который, я надеюсь, будет перейден, все еще кажется непреодолимым. Любовь Пелли* так же глубока и сильна, как и раньше, но она не может решиться переменить религию. Ей кажется, что она делает что-то неправильно. Со всей своей любовью к сестре я пыталась убедить ее, что она не может поступить иначе, нежели любить эту религию, к которой я тоже намереваюсь принадлежать и которая является истинно верной, единственной, которая осталась неиспорченной в течение столетий. Мы бы вместе совершили этот серьезный шаг, но увы, она не может решиться. Мы только можем молить Бога помочь ей стать на путь истинный, и я очень надеюсь на лучшее. Бедняжка, она так мучается: с одной стороны, чувство сильной любви, а с другой, как она полагает, ее чувство долга. Все же я надеюсь убедить ее сделать правильный выбор. В конце концов, любовь — это святое, одно из самых чистых чувств в мире…»

*Для конспирации Елизавета Феодоровна называла Аликс в своих письмах Пелли.

5 марта 1891 г.

Фото №3 - Любовь по переписке: самые романтичные письма Николая II и его будущей жены Александры
Алиса

«Милый Ники, Самое сердечное спасибо за твое милое письмо. Столько всего случилось с тех пор, как я в последний раз писала тебе — назначение Сергея генерал-губернатором Москвы. Мы были очень тронуты доверием, которое твой отец оказал моему дорогому супругу, назначив его на такой важный пост. …От Пелли было несколько писем — бедняжка, она мучается больше, чем раньше, и просит меня сказать тебе, что она думает, что этого действительно никогда не может быть. Но любовь ее сильнее, чем прежде, и я вижу, что она только о тебе и думает. Ты сам должен будешь бороться, и я надеюсь на Божию помощь. Почему не должно встретиться такое притяжение с обеих сторон? Я даю ей те книги, которые сама прочитала, и она, к счастью, их читает, так что, возможно, она в конце концов так сильно полюбит твою религию, что это даст ей силы смело встретить… вещи, которые, можно сказать, против этого. Она посылает тебе наилучшие пожелания. Дорогой, молись как можно больше, и, возможно, все пойдет хорошо. С самой глубокой любовью остаюсь твоя любящая тетушка».

Москва, 31 мая 1891 г.

«Мой дорогой Ники, …Я процитирую несколько писем от твоей Пелли. Тебе лучше знать ее настроение. Она хотела, чтобы я написала тебе раньше, в начале твоего путешествия, но тогда у меня не хватило мужества. „Новость* о (Николае. — Ред.) меня ужасно испугала, но твоя вторая телеграмма успокоила. Какие у тебя сейчас новости? Ты знаешь, он всегда для меня дорогой Друг, я это чувствую глубоко, и сейчас, во время его дня рождения, мне так одиноко. …Какие новости есть у тебя от (Николая. — Ред.)? Интересно, получил ли он вообще твое письмо, в котором говорится, что, увы, я никогда не смогу этого сделать, как бы сильно я его ни любила“. Ты видишь, она всегда думает о тебе, и ее любовь кажется даже сильнее. Но все в руках Божиих, и много зависит от твоего мужества. Бедняжка, она так страдает. И так как я единственный человек, которому она пишет или с которым говорит об этом так часто, ее письма дышат унынием. Ну, дорогой, с наилучшими пожеланиями, целую, остаюсь твоя тетушка».

*Инцидент в Оцу, во время Восточного путешествия цесаревича.

21 декабря 1891 г.

Из дневника цесаревича Николая: «Вечером у мамa, втроем с Апрак* рассуждали о семейной жизни теперешней молодежи из общества: невольно этот разговор затронул самую живую струну моей души, затронул ту мечту и надежду, которыми я живу изо дня в день. Уже полтора года пролетело с тех пор, как я говорил об этом с папa, в Петергофе, и ничего не изменилось ни в дурном, ни в хорошем смысле. Я долго противился моему чувству, стараясь обмануть себя невозможностью осуществления моей заветной мечты. Но когда Eddy оставил или был отказан (имеется в виду сын герцога Эдинбургского, получивший отказ от Алисы. — Ред.), единственное препятствие или пропасть между нею и мною — это вопрос религии! Кроме этой преграды нет другой; я почти убежден, что наши чувства взаимны! Все в воле Божией. Уповая на Его милосердие, я спокойно и покорно смотрю на будущее».

*Александра Александровна Апраксина — фрейлина Императрицы Марии Феодоровны.

Ноябрь 1893 г.

«Дорогой Ники, Увы, я должна послать тебе два письма, которые просто разрывают сердце. Ты сможешь хорошо понять ее сердце, так как она хотела, чтобы ее строчки к тебе не несли этого ужасного отпечатка разбитого сердца. Ты можешь хорошо представить, как глубоко я сочувствую вам обоим. Ты очень хорошо знаешь, как я всегда стремилась помочь тебе и делала все возможное. …Она годы жила в одиночестве и хранила свою любовь к тебе — ей не с кем было поговорить, она постоянно себя терзала: „Если я переменю веру, разве это не грех? Я тоже Его люблю — вот почему я должна быть вдвойне сурова со своей совестью и не должна позволять своему сердцу управлять собой“. Эта битва длилась годы — никто ей не помогал, разве что одна-две строчки от меня. О, ты не знаешь, через что она прошла, в ее глазах след невыразимого страдания. …А ты, бедный мальчик, который так жестоко страдал, прости ее, так как она приносит в жертву вере свое земное счастье — на все воля Божия. До свидания, мой дорогой мальчик. Да благословит и поможет тебе Бог. Твоя любящая Элла».

Дармштадт, 20 ноября 1893 г.

«Драгоценный Ники, …Я считаю, что большой грех менять свою веру, и я была бы несчастна всю свою жизнь, зная, что поступила неправильно. Какое счастье может быть в браке, который начинается без благословения Божия? Так как я считаю грехом поменять веру, в которой была воспитана и которую люблю, я бы никогда не смогла найти мира в душе и, таким образом, никогда не смогла бы быть тебе настоящим другом, который помогал бы тебе в жизни… Это было бы обманом по отношению к Богу, к твоей религии и к тебе. Правильно я думаю или нет, но глубочайшая религиозная убежденность и чистая совесть по отношению к Богу выше всех земных желаний. Так как все эти годы не сделали для меня возможным изменить мое решение в этом деле, я чувствую, пришел момент снова сказать тебе, что я никогда не смогу изменить свою веру… и немилосердно будет позволить тебе продолжать тешить себя надеждами, которые никогда не исполнятся. А сейчас прощай, мой дорогой Ники, и да благословит и спасет тебя Бог. Вечно любящая тебя Аликс»

Фото №4 - Любовь по переписке: самые романтичные письма Николая II и его будущей жены Александры
Николай
Фото №5 - Любовь по переписке: самые романтичные письма Николая II и его будущей жены Александры
Принцесса Алиса

Прошло пять лет с последней встречи Николая и Алисы. Император Александр III, чувствуя силу любви и желая счастья своему сыну, благословил цесаревича на брак. 2 апреля 1894 года в обществе дядей, Великих князей, их супруг и свиты цесаревич Николай поехал в Кобург, на свадьбу своей двоюродной сестры Виктории с братом Аликс Эрнстом Гессенским. Была у него и другая тайная цель — сделать предложение Аликс.

Однако принцесса Алиса накануне отъезда Николая в Кобург в письме его сестре Ксении дала понять, что о браке и речи идти не может: «Душка, зачем ты опять говорила об этом предмете, который мы не хотели упоминать никогда? Это жестоко… этого не может быть — он это знает, — и потому, молю тебя, не говори об этом снова. Я знаю, Элла опять начнет, но что в том толку, и жестоко все время говорить, что я ломаю ему жизнь, если для того чтобы сделать его счастливым, я совершила бы осознанный грех. Все и так уже тяжело, и начинать все снова и снова так немилосердно».

5 апреля состоялась встреча влюбленных. В дневнике цесаревич записал: «5 апреля 1894 г. Вторник… Аликс замечательно похорошела, но вы — глядела чрезвычайно грустно. Нас оставили вдвоем, и тогда начался между нами тот разговор, которого я давно сильно желал и вместе очень боялся. Говорили до 12 часов, но безуспешно, она все противится перемене религии. Она, бедная, много плакала».

6 и 7 апреля влюбленные почти не виделись… Вопрос о помолвке русского престолонаследника затмил свадебные торжества. Об этом только все и говорили, сочувствовали и стремились помочь. Прибывшие на торжество в Кобург бабушка Алисы, английская Королева Виктория, и кузен принцессы, германский Император Вильгельм II, и сестра, Великая княгиня Елизавета Феодоровна, уговаривали Алису дать свое согласие.

8 апреля. 1894 г. Пятница. (Эту дату Николай подчеркнул в своем дневнике тремя чертами!) «Чудный, незабвенный день в моей жизни! День моей помолвки с дорогой, ненаглядной моей Аликс».

Николай так описал матери пережитое: «Она плакала все время и только время от времени произносила шепотом: „Нет, я не могу“. Я, однако, продолжал настаивать и повторять свои доводы, и хотя этот разговор длился два часа, он не привел ни к чему, потому что ни она, ни я не уступали. Я передал ей ваше письмо, и после этого она уже не могла спорить… Нас оставили одних, и… с первых же слов она согласилась! Я заплакал как ребенок, она тоже, но выражение у нее сразу изменилось: она просветлела, и спокойствие явилось на лице ее… Весь мир сразу изменился для меня: природа, люди, все… Я не знаю, как благодарить Бога за такое благодеяние…»

Этот день запомнился царственным супругам на всю жизнь. Каждый год 8 апреля они поздравляли друг друга с очередной годовщиной своей помолвки.

В Кобурге помолвленные провели вместе двенадцать незабываемых дней. После стольких лет ожиданий, сомнений, переживаний цесаревич наслаждался обществом любимой: «Так странно кататься и ходить с ней просто вдвоем, даже не стесняясь нисколько, как будто в том ничего удивительного нет», — записал он в своем дневнике. Дни до 20 апреля были сплошным праздником для юных влюбленных. «Аликс подарила мне кольцо; в первый раз в жизни воздел его на перст…»

Фельдъегерь из Санкт-Петербурга привез письмо к Аликс, в котором Императрица Мария Феодоровна просила нареченную своего сына называть ее не тетей, а мамой… Все эти дни Аликс брала уроки русского языка, занималась с протопресвитером о. Иоанном Янышевым, приобщавшим ее к Православию. Счастливый жених не мог поверить тому, что произошло, что он каждый день может видеть Алису: «Она так переменилась в последние дни в своем обращении со мною, что этим приводит меня в восторг. Утром она написала две фразы по-русски без ошибки!»

Фото №6 - Любовь по переписке: самые романтичные письма Николая II и его будущей жены Александры
Алиса и Николай

Дни блаженства пролетели быстро, наступила пора разлуки. Вместе с бабушкой, королевой Викторией, Алиса уехала в Англию. Николай Александрович — в Россию. С этого дня началась их ежедневная переписка, полная самых светлых чувств и чистой любви, переживаний о тяжести разлуки, горячего желания новых свиданий.

Виндзорский замок (Англия). 4 мая 1894 г.

«Мой дорогой, бесценный Ники, … О, если бы ты только был здесь и я могла прижать тебя к своему сердцу… Да, любимый, так ужасно было на вокзале в присутствии всех прощаться с тобой холодно. Я должна была обдумать все до твоего приезда. Никогда не забуду эти первые дни и как по-свински я вела себя по отношению к тебе, прости меня, моя любовь. О, если бы только ты знал, как я тебя обожаю, и годы только усилили мою любовь к тебе, и я желаю только одного: быть достойной твоей любви и нежности. Ты слишком добр ко мне. Я заканчиваю, иначе письмо не успеет вовремя на почту… Да благословит тебя Бог, моя дорогая любовь. Множество нежных поцелуев от твоей глубоко преданной маленькой девочки Аликс. Твоя невеста! Как необычно это звучит, милый. Я все время думаю о тебе».

Красное Село. 27 июля 1894 г.*

«Дорогая моя Аликс, Много раз тебя нежно благодарю за твое милое письмо… Если бы только я знал жизнь больше… Кто знает, может тогда и не произошло бы всей этой истории с молодым артиллерийским офицером…** Любимая моя Аликс, до сих пор мне больно вспоминать тот день, когда я рассказал тебе об этом, заставив тебя страдать! Если бы ты только знала, какие муки стыда вызвало во мне твое ангельское прощение. Мне было бы значительно легче перенести, если бы ты меня отчитала как следует. Твое бедное сердечко билось так сильно, что я даже испугался, и все это из-за моего скотского поведения! …Я должен заканчивать, мое Солнышко, так как становится поздно, а утром в 9 часов у нас занятия. Доброй ночи, любовь моя, моя обожаемая Аликс… Аликс, я с каждым днем люблю тебя глубже и сильнее!»

*26 июля 1894 г. цесаревич Николай Александрович уехал в Красное Село, где отбывали в двух лагерях армейские части численностью около 50 тыс. человек.

**Так иносказательно цесаревич пишет о балерине Кшесинской, к которой он был привязан недолгое время до помолвки с Аликс (читайте также: «Матильда и Николай II: что связывало балерину и наследника престола на самом деле»).

Вольфсгартен. Июль 1894 г.

«Мой родной, дорогой, любимый, С любовью и нежностью благодарю тебя за твое дорогое письмо, которое я получила сегодня вечером и которое прочитала с таким удовольствием. Все, о чем ты говоришь, также о нашей свадьбе, так трогательно и полно доброты — благодарю тебя за это… Я повторяю снова, наше ожидание не уменьшит нашей любви, наоборот, если это только возможно, оно увеличит мою любовь, и мое уважение к тебе вырастет. Мне грустно, когда я думаю, что ты так часто остаешься один в своем домике. Но это лучше, чем поведение непослушного маленького офицера артиллерии, о котором ты мне рассказывал, а? Я эгоистичная и жадная и хочу, чтобы лучшее доставалось мне. Шокирует, да? Ты нужен мне и только мне… Мой милый, до свидания. Много раз нежно целую, дорогой мальчик. Твоя искренне любящая и глубоко преданная верная девочка Аликс».

Красное Село. 3 августа 1894 г.

«Моя дорогая любимая Аликс, Дорогая, не считай меня глупым, но я не могу начать ни одного письма, не повторив то, что постоянно чувствую и о чем думаю: я люблю тебя, я люблю тебя. О, милая, что это за сила, которая навсегда сделала меня твоим пленником? Я ни о чем не могу думать, кроме тебя, моя родная, и я отдаю свою жизнь в твои руки, большего я не могу отдать. Над моей любовью, каждой ее капелькой, ты имеешь полную власть! Хоть мы и в разлуке, но наши души и мысли едины, не правда ли, дорогая? О, моя Алики, если бы ты только знала, сколько счастья ты мне дала, ты была бы рада и ничто не потревожило бы мира твоего сердца. Как бы мне хотелось быть рядом с тобой, шептать тебе на ушко нежные слова любви и утешения… Мы должны все знать друг о друге и всегда помогать друг другу, правда ведь, дорогая? … Твой Ники».

Николай
Алиса

Вольфсгартен. 18 августа 1894 г.

«Мой дорогой Ники, Я посылаю тебе самую нежную благодарность за твое дорогое письмо, которое утешает меня, хоть мне и хочется быть с тобой сейчас… Да, чадо мое, действительно, наши души и помыслы едины, несмотря на разлуку, ведь только тела разлучены. Наши души и сердца вместе, и ничто не может их разделить. …Я знаю, что полюблю твою религию. Помоги мне быть хорошей христианкой, помоги мне, моя любовь, научи меня быть похожей на тебя. Но сейчас я больше не буду говорить об этом, я и так уже плакала из-за этого. К тому же я устала — я знаю, что Бог поможет мне ради Сына Своего Иисуса Христа, который пострадал, чтобы спасти нас всех. Молись за меня, любимый. Я должна идти в церковь… мой бесценный, которого я так люблю… и которому я полностью доверяю. Много раз тебя нежно обнимаю, мой дорогой, родной Ники, твоя Аликс».

К осени 1894 года состояние здоровья Александра III серьезно ухудшилось… Император потребовал, чтобы вызвали из Германии Алису Гессенскую — он желал непременно благословить молодых на брак и боялся, что не успеет…

По прибытии в Ливадию принцесса Алиса сразу же из экипажа в дорожной одежде, с букетом белоснежных роз в руках вбежала в покои царя и растерялась, забыв слова приготовленного приветствия. Император, несмотря на запреты врачей, сидел в кресле, надев полную парадную форму, но он так изменился, что Алиса горько разрыдалась…

Царь обнял невесту сына, поцеловал и прошептал: — Будьте счастливы, дети мои! 20 октября 1894 года русского императора не стало. Ввиду траура свадебные торжества носили скромный характер. После свадьбы Александра Феодоровна записала в дневнике мужа: «Я никогда не верила, что в мире может быть такое полное счастье — такое чувство общности между двумя смертными. Больше не будет разлук. Соединившись, наконец, мы связаны на всю жизнь, а когда эта жизнь закончится, мы встретимся снова в другом мире и навечно останемся вместе».

Через неделю после похорон Императора Александра III, согласно его завещанию, состоялось бракосочетание Николая II и Александры Феодоровны в Большой церкви Зимнего дворца. У императора было какое-то странное чувство. Душа была погружена в атмосферу печали, а надо было радоваться тому событию, которого он так долго ждал. У молодоженов не было ни свадебного путешествия, ни медового месяца. И тем не менее молодые супруги были бесконечно счастливы.

Фото №7 - Любовь по переписке: самые романтичные письма Николая II и его будущей жены Александры
«Венчание Николая II и великой княжны Александры Федоровны», Илья Репин, 1984 год

Но Император Николай II жил теперь мыслью о том, что в гуще печали и безрадостности есть и солнце — его Аликс. Еще накануне свадьбы, 12 ноября, он послал ей записку: «Мое драгоценное Солнышко, я проснулся с твоим милым именем на устах и так глубоко и горячо молился за твое благополучие, здоровье и счастье. Моя маленькая, моя единственная, невозможно выразить словами, как я тебя люблю, — я полон моей любовью, и лишь она озаряет эти мрачные дни. Благослови тебя Бог, моя Аликс. Ники».

Фото: Getty Images