Феномен rich face: почему все хотят выглядеть «дорого»

Косметология и пластическая хирургия сегодня способны на многое — настолько, что когда-то именно в них видели один из главных инструментов продления молодости. Но вместе с развитием индустрии возникла и обратная сторона: стремление к идеальной внешности все чаще приводит к радикальным трансформациям, из-за которых состоятельные люди и звезды первой величины порой становятся почти неузнаваемыми.

На алтарь филлеров и имплантов приносят живые эмоции и «человеческий» облик, всерьез считая, что жертва — оправданная. Однако любители жанра фантастики не без иронии замечают, что современная красота принимает облик злодеев из антиутопий. Дело даже не в том, что все стремятся к идеалу. Количество и качество вмешательств сегодня стало определять статус. Кажется, мы наконец нашли тему, к которой фраза «раньше было лучше» звучит не как ностальгия, а как призыв одуматься и остановиться. Разбираемся в феномене «богатых лиц», который незаметно поработил человечество (читайте также: Как тайные пластические операции знаменитостей убивают нашу самооценку).

Входной билет в элитарное общество

Красная дорожка любого значимого в индустрии мероприятия сегодня превращается в фестиваль «богатых лиц» — они окружают нас повсюду. Что имеется в виду под новым термином, который имеет все шансы для того, чтобы войти в сленг? Это натянутое до предела, часто неспособное к разнообразным выражениям, увеличенное с помощью филлеров, имплантатов или собственной жировой ткани лицо, которое добровольно «изуродовали» постоянными косметологическими вмешательствами и пластическими операциями.

Кажется, авторы сериала «Доктор Кто», наглядно продемонстрировавшие зрителями результаты изменений во внешности светской львицы Кассандры О'Брайен, предугадали будущее. Героиня пережила столько подтяжек, что в конечном итоге ее лицо поместили в раму и растянули словно холст.

Истинное богатство 21 века не скрывается, оно навязчиво напрашивается на обсуждение и даже осуждение. Самый каноничный пример — Лорен Санчес-Безос, которая горделиво выгуливает «богатое лицо». Она не пытается заигрывать с публикой, объясняя, что многоступенчатые преображения — способ выглядеть лучше. Не исправляет ошибки прошлого, не говорит о попытке «удержаться на плаву» в эпоху эйджизма. Лорен заявляет: «Я могу себе это позволить. Моя „клиника“ работает 24/7, так как у меня есть на это деньги». Входной билет в элитарное сообщество сегодня лежит не в сумочке Chanel и даже не в кармане кожаного кресла личного Rolls-Royce — он написан у вас на лице.

От Met Gala до Каннского кинофестиваля

При этом внутри Голливуда существует и вторая группа — на смену прежним стандартам приходит поразительное сходство. Актеры прибегают к пластическим операциям, не оставляя на лице и следа вмешательства. Гладкая кожа, отсутствие кругов под глазами, подтянутые скулы и четко очерченная линия челюсти молодят, позволяют выглядеть безупречно в любое время дня и ночи.

Однако «общие» черты: приподнятые щеки, мимика, которая не сопровождается естественными «следами», выдают вмешательство хирургов. Сколько бы актриса Энн Хэтэуэй ни пыталась отшучиваться, говоря, что помолодела благодаря натянутым прическам, добиться такого эффекта без косметологии на сегодняшний день невозможно (читайте также: Стиль Энн Хэтэуэй: почему он кажется немодным (но от него все равно не отвести взгляд)).

И хотя актеры идут на это в большей степени для того, чтобы оставаться востребованными, филлеры и ботокс однозначно становятся негласным пропуском в мир больших денег. Изменениями во внешности «покупают» возможность обменяться приветственными объятиями с Джеффом Безосом и стоять рядом с Анной Винтур.

Масштабное переселение больших денег

Если еще десять лет назад о вашем богатстве ненавязчиво могла рассказать сумочка от Hermès или коктейльное платье за полмиллиона, то сегодня привычные фешн-атрибуты предательски молчат. Благодаря социальным сетям стало ясно, что наличие брендов не является показателем достатка и не является валютой успеха. К тому же обилие выбора на теневом рынке подделок, где отличить представленные айтемы от оригинала может только настоящий профи, заставляет задуматься, а точно ли к той или иной вещи приложил руку Джонатан Андерсон или любой другой кутюрье?

Мода циклична — эту идею подтверждают масштабные переосмысления старых коллекций. Винтаж и ресейлеры процветают, а значит публика приходит к логичному умозаключению: «Зачем покупать что-то новое по нереалистично высокой цене, если можно выгодно приобрести проверенное временем, прошедшее все стадии оценки модных редакторов?». Важные клиенты, от которых напрямую зависят продажи модных домов, перенаправляют ресурсы в индустрию красоты. Согласно статистике за 2025 год количество клиентов клиник по всему миру увеличилось на 19%, в то время, как люкс рухнул на 2% (читайте также: Birkin за 500$: как покупка суперфейков стала протестом против вещизма).

Глянцевые СМИ быстро сориентировались и начали подстраивать контент под настроение и запросы современной публики. Vogue намного реже радует читателей советами по выбору лака для ногтей или балеток на сезон, вместо этого — экспертные ответы на вопрос «С какого возраста нужно начинать прибегать к помощи хирургов и косметологов», «Как выбрать хирурга и тип подтяжки лица» и «Какие процедуры — абсолютный must have современной женщины».

Миллениалы и зумеры принимают правила игры

Пока мы неустанно освещаем проблемы, с которыми в условиях кризиса сталкиваются представители двух поколений, они сами, кажется, ведут двойную игру. С одной стороны — депрессия и крик о помощи из-за невозможности купить собственное жилье и получать стабильную высокую зарплату, с другой — трата всех сбережений на пластические операции и процедуры.

Мотивация проста и объяснима: если тренды и лидеры мнений диктуют вкладываться во внешность, то кто мы такие, чтобы от этого отказываться? Нормализация инъекций и подтяжек стремительно ускорилась благодаря социальным сетям. Инфлюенсеры — они же современные лидеры мнений — снимают каждый шаг: в том числе походы к хирургу. В разговоре с изданием The Business of Fashion популярный западный врач рассказал: «Зумеры постоянно делают селфи во время приема, будто они пришли на концерт или эти кадры будут необходимы для ролика „get reade with me“. Они целенаправленно хотят, чтобы о пластике знали все».

Раньше было лучше

Голливудская звезда Джоан Риверз в шутку говорила: «Я сделала столько пластических операций, что, когда умру, мое тело пожертвуют компании Tupperware». Сегодня ее фраза стала девизом времени. Знаменитости идут по одному пути: сначала заслуживают известность, наращивают капиталы, а после покупают себе новое лицо. Гиперболизированная идеальность делает из красивых женщин инопланетян, но она будет продаваться и продолжать порабощать человечество, пока на это есть спрос.

Трендовость пластической хирургии выгодна для всех сторон: например, доктор Крис Дженнер Стивен Ливайн стал знаменитостью и разбогател на миллионы долларов. Публика с удовольствием участвует в фестивале неестественности, разгадывая, какие инъекции, в каком объеме и в какое время сделали их кумиры.

И хотя некоторые звезды открыто признаются, что жалеют об излишних вмешательствах во внешность, роскошь заключается именно в том, чтобы позволить себе ошибиться, даже если цена этого промаха — несколько миллионов долларов. Когда серьезная операция становится лишь одним из пунктов в ежедневном списке дел, это означает лишь одно — хозяйка этого самого списка принадлежит к элите. И хотя вложения в люксовые вещи выглядят менее осознанными, сумку или платье хотя бы можно продать, а вот лицо уже нет.