«Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Несколько семей из разных уголков земного шара рассказали нам, как изменилась их жизнь и отношения с родными после введения карантина, и как глобальная эпидемия заставила их посмотреть на мир по-новому.

Фото №1 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран
Семья Влада и Евгении Ходаковских (Испания)

Ухань, Китай

Павел Дольский, его жена и новорожденная дочь. 60 дней на карантине

С будущей женой у нас случилась чистая любовь, замешанная на искусстве. На протяжении последних 15 лет я часто бывал в Китае: здесь я как художник преподаю в институтах, работаю. В 2004 году давал мастер-класс по рисунку гипсовой головы – в Китае не было ни одного видео с правильной техникой. Диск разошелся миллионными тиражами. Жене тогда было, по-моему, 16 лет, она купила этот диск. Посмотрела видео и... решила стать художником. Но мое имя написали на диске неправильно, и она смогла выяснить, кто я такой, только спустя 10 лет, когда открыла в Ухане свою студию для детей и там случайно оказались русские. Жена показала им диск, спросила: «Как звучит его имя?» Они ответили: «Так это же Паша, художник из Санкт-Петербурга».

Анечка – наш первый ребенок. Моя жена очень худая – при росте 170 она всегда весила 40 килограммов. Мы однозначно решили, что лучше родить там, где живем, в Ухане. В России врачи могли бы сказать, что нужны особые условия. Мы заранее составили список необходимого для младенца на 7 листах, рассчитывали купить все сразу после рождения ребенка – и тут вирус.

Фото №2 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран
Ребенку дают сосать «фитилек» из ткани, пропитанной молоком

Помню, мама жены сказала: «На нашем рынке кто-то заболел». И я сразу понял, что это катастрофа. 24 января, в Китайский Новый год, объявил жене: «Все. Мы сидим дома, грядет что-то страшное». Мы живем на улице, где расположены два главных госпиталя Уханя. Вокруг – тысячи больных коронавирусом.

Я все просчитал. Собрал чемодан жены с комплектом вещей на несколько дней и свой рюкзак. Предусмотрел и то, что нас с женой могут разлучить. Внезапно в доме отключили лифты (это стали делать по ночам, чтобы люди не пытались выйти на улицу). Мы живем в высотном здании на одном из верхних этажей. Разумеется, я стал изучать, как принять роды самостоятельно, и был готов ко всему.
Воды постепенно стали отходить, но схватки еще не начались, и я решил везти жену в больницу. Там ошарашили новостью: как только ребенок родится, мы должны его увезти. Малыш не может остаться с мамой. Позже выяснилось, что в соседней палате находилась зараженная коронавирусом семья.

Утром родилась Анечка. Я завернул дочку в конверт и пошел домой по пустому Уханю. Когда врач отдавал мне ребенка, даже не спросил, чем я его буду кормить. Безопасность важнее. В декабре, возвращаясь из России, я подумал привезти стартовую смесь для новорожденных – опасался, что в первые дни у жены не будет молока. Привез три килограмма. С детства помню, что можно кормить без соски – ребенку дают сосать «фитилек» из ткани, пропитанный молоком. Я был к этому готов, но, к счастью, все же сумел купить бутылочки.

Фото №3 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Карантин продолжается, и у нас по-прежнему нет практически никаких вещей для ребенка. В качестве кроватки я использовал ящик из-под фруктов. За 2,5 недели Анечка выросла, и сейчас я переложил ее в свой чемодан. Раскрытый чемодан превратился в своеобразную станцию – рабочая зона и кроватка.

Первые дни мы провели с дочкой вдвоем. Выжили. Я не купал ребенка – ждал, когда отпадет пупок и заживет ранка. С большим волнением ожидал возвращения жены, с ее появлением моя ответственность удвоилась: нужно было ухаживать и за женой, и за ребенком. К тому же я обучал жену (и обучаю до сих пор) разным мелочам – как брать, как пеленать. В моей жизни главное – руки. В музыке и в искусстве руками выполняется мельчайшая, нежнейшая работа. Поэтому я лучше понимаю, как правильно делать, и обязан обучать жену, не в пример другим мужчинам. По сути, чем мать первенца отличается в этом смысле от его отца? Ничем. Многие молодые матери боятся детей намного больше, чем отцы, даже не решаются к ним прикоснуться.

Графство Оксфордшир, Британия

Семья ’т Харт: Кристина, Майкл и их дети – Настя, Робин, Саша и Ваня. В изоляции 20 дней

В начале марта заболела наша старшая дочь Настя: высокая температура, гайморит, слабость. Потом приболела младшая дочка Саша, следом и я. Уже тогда было правило: если есть хоть какие-то симптомы простуды, люди должны изолироваться. Поэтому наша семья сделала это гораздо раньше, чем обязало правительство. Мы очень испугались за дочерей и других наших детей. Настолько, что у меня началось помешательство: я стала дезинфицировать и стирать все, что только можно, в нашем доме. Дети приходили из школы, а я дезинфицировала их портфели, заставляла их раздеваться чуть ли не на улице. У меня была навязчивая идея – я должна побороть этот вирус. Это была моя первая паническая реакция на происходящее.

Фото №4 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран
Ученики выпускного класса и вовсе сфотографировались в черной одежде с табличкой: «Покойся с миром, наш класс»

Через две недели, когда мы поправились, стали закрываться школы, в том числе и русская гимназия, в которой я работаю. Автомобильный завод, на котором работает муж, тоже остановил производство на пять недель, к счастью, он может работать удаленно, и мы не остались без дохода.

Осознание серьезности ситуации пришло, когда в пятницу, 20 марта, у детей был последний учебный день в школе. Они все плакали, прощались, но даже не могли обняться – запрещено. Ученики выпускного класса и вовсе сфотографировались в черной одежде с табличкой: «Покойся с миром, наш класс».

Меня очень раздражают те, кто пишет, что время на карантине нужно использовать для саморазвития и самопознания. Да, конечно, но только если у тебя нет детей. Я себя сейчас чувствую женщиной, которая принесла себя в жертву семье, забыв про себя и свои интересы. Все это время я просто живу на кухне: сначала завтрак на большую семью, потом мне нужно настроить все девайсы. То и дело из разных концов дома раздается: «Мама, не могу зайти на сайт школы! Мама, меня не слышит учитель!» Потом подходит время обеда: помешивая суп, помогаю детям разобраться с уроками, а там и ужин не за горами. И так каждый день. У нас с нашими друзьями – семьей Боты и Бена – был план помогать друг другу и по очереди смотреть за детьми, чтобы был хоть какой-то временной люфт на личные дела. Боте тяжело: она беременна, а ее сыну всего 1,5 года. Садик закрыт, и она не может нормально работать, потому что малыш все время требует внимания. Но в понедельник нам запретили покидать свои дома, и теперь этой возможности нет. Я тем временем чувствую, как начинаю вскипать.

Мы очень переживаем за старшую дочь, которая уехала в Лондон, где она учится. Они с бойфрендом Луи вообще зациклились на теме вируса. Забаррикадировались в квартире и не выходят оттуда. Мы хотели приехать, чтобы забрать у нее нашу собаку – ей надо сделать прививки. Настя сказала, что не откроет нам дверь, потому что боится от нас заразиться.

Не верится даже, что все это происходит с нами наяву. Счастье, оно такое простое.

Жаль, что понимаешь это, только лишившись всего. 

Сингапур

Людмила Зуева. В изоляции 30 дней

Фото №5 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран
Фото №6 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Я живу в Сингапуре, и про коронавирус в первый раз услышала из новостей по российскому телевидению, когда была в командировке в Питере в конце января. В новостях говорили про Ухань, про одного гражданина КНР, прилетевшего из Китая в Москву с температурой, и про значительное увеличение числа заболевших в Китае. Слова «пандемия» никто не использовал. На вылете из Пулково мне позвонила дочь из Сингапура со словами «мы все умрем» и потребовала купить маски, которые уже пропали из магазинов, – я зашла в аптеку, спокойно купила 20 масок с Петропавловской крепостью на упаковке и полетела навстречу детям и «короне».

И была волна паники с различными теориями заговора и бредом про то, что вирус заразен только для этнических китайцев, а иммунитет, например, индусов или анг мо (на местном жаргоне – белые люди) устойчив к вирусу

По прилете в январе мне на выходе из самолета померили температуру, дочь меня встретила в маске, а в ресторане, куда мы несмотря ни на что пошли поесть рамэн, было гораздо меньше народа, чем обычно. Сингапур и правительство не хотели повторения SARS и поэтому сделали все быстро и радикально. Однако количество заболевших тем не менее начало расти.

И была волна паники с различными теориями заговора и бредом про то, что вирус заразен только для этнических китайцев, а иммунитет, например, индусов или анг мо (на местном жаргоне – белые люди) устойчив к вирусу, и с очередями в супермаркетах за рисом, лапшой в стаканчиках и, конечно, туалетной бумагой (про бумагу мне все-таки внятно потом объяснили: SARS в 2013-м начинался с диареи). В офисах все, кто мог, стали работать из дома. Сейчас уровень тревожности опять поднялся, потому что в Сингапур вернулись сингапурцы, кто ухитрился в это время слетать в Италию и другие европейские страны. Остров закрыли для авиаперевозок, но мы продолжаем жить. Например, можем выйти на прогулку, но обязательно соблюдая социальную дистанцию, в масках и перчатках.

Сеул, Южная Корея

Намиёнг Ким с женой и дочерью. 27 дней в изоляции

Фото №7 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран
Фото №8 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Нашей с женой дочери На-ын 1 год и 8 месяцев. Когда мы узнали о вирусе, прежде всего испугались за ребенка. К счастью, моя супруга не работает и может проводить время с малышкой. Мы сразу максимально изолировались. Смотрели фильмы, еду заказывали на дом. Примерно через неделю жена выложила в Инстаграм фото нашей прогулки на закате и написала: «Пожалуйста, можно нам вернуть нашу стабильную повседневную жизнь!»

Все, что мы можем позволить себе сегодня, – постоять в масках 10 минут на воздухе во дворе дома. То, что раньше казалось данностью, сегодня обрело двойную ценность.

Кто сказал, что после карантина неизбежен развод?!

Правительство Кореи делает все возможное, чтобы предотвратить распространение вируса. У нас нет проблем с тем, чтобы пройти специальное тестирование, – его проводят в больницах, в том числе рядом с нашим домом. Помимо этого хорошо работают службы информации – с помощью смартфона любой может узнать, сколько людей заражено вирусом в окрестностях того места, где он живет.
Большинство компаний в Корее, в том числе и моя (я работаю в Hyundai Motor Group), перешли на удаленную работу. В Интернете пишут, что после пандемии увеличится число разводов. Не знаю, как у других, но отношения в моей семье только улучшились – нако­нец-то мы проводим больше времени вместе.

Вена, Австрия

Вольфганг, 39 лет. 10 дней в изоляции

Фото №9 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Ситуация в Вене сейчас непростая. В городе и по всей стране введен общий комендантский час – любое скопление людей свыше пяти человек в одном месте запрещено, даже в парки ходить нельзя. За несоблюдение требования – высокие штрафы. Вот так в один момент мы все оказались в домашнем заточении. Но я чувствую себя еще хуже, чем остальные...

Я живу один. Пока другие семьи страдают от того, что слишком много времени проводят вместе и беспрестанно ругаются, я чувствую себя таким одиноким. Нахожусь в тысячах километров от моей девушки. Инга родом из России, наши отношения начались в августе – мы познакомились в Вене в ее день рождения. С тех пор летаем друг к другу или встречаемся в разных странах. Мы как раз планировали романтический уик-энд в Лондоне, когда узнали, что границы воздушного пространства между странами закрываются. Сейчас встречаемся в формате видеозвонков по WhatsApp и вообще не знаем, когда сможем обнять друг друга. Эта неизвестность пугает меня.

Я стал похож на милую коалу, лениво висящую на дереве

Инга держится более оптимистично – меры по карантину в России не такие суровые, как у нас. Она подбадривает меня, старается развеселить. Говорит, что в изоляции я стал похож на милую коалу, лениво висящую на ветке дерева, над которой мы вместе смеялись в Венском зоопарке в ее недавний приезд ко мне. А еще я очень благодарен за терпение – с тех пор как оказался в изоляции, стал звонить и писать ей в пять раз чаще, чем обычно. Все освободившиеся силы и время направил в романтическое русло.

Париж, Франция

Паскаль Граво. 10 дней в изоляции

Фото №10 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Карантин во Франции начался во вторник 17 марта. Зная, какие французы индивидуалисты и как они недисциплинированны, удивительно, что все сразу последовали указу.

В Париже я забочусь о трех близких людях, которые не могут обойтись без помощи, они в зоне риска и не должны покидать дома. Привожу лекарства и продукты пожилой маме – она живет одна, а также двум своим друзьям с хрупким здоровьем – выходить на улицу для них очень опасно.

Пандемия сплотила парижан. Интересно, сможем ли мы быть такими же чуткими после эпидемии? Вчера, например, я предложил моей соседке сходить в магазин и купить для нее продукты. Поскольку мы совсем не друзья (на самом деле она ненавидит меня, потому как считает, что я слишком часто устраиваю шумные обеды и вечеринки в своей квартире), она была очень удивлена моим предложением. Я поспешил заверить ее, что вовсе не собирался становиться более отзывчивым по отношению к ней, но мой поступок, судя по всему, заставил ее задуматься.

Какими же самона­деянными мы были, когда не верили в эпидемию!

Прогресс, с которым развивается пандемия, пугает. И я имею в виду не только цифры. На прошлой неделе я узнал, что у меня друзья, которые знакомы с зараженными людьми. На этой неделе я узнал, что и мои друзья заразились вирусом, вчера несколько человек попали в реанимацию. Вопреки информации, которой мы владели в начале эпидемии, это 30-летние молодые люди без медицинских проблем. Какими же самона­деянными мы все были, когда не верили в эпидемию! Мы не верили, даже когда она мигрировала из Китая в Италию и достигла там критической отметки. А сегодня мы все обеспокоены, и мы боимся за жизнь.

Аликанте, Испания

Семья Влада и Евгении Ходаковских. 7 дней в изоляции

Фото №11 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Нам сказали, что 14 марта начинается карантин. Если честно, в этот момент никто не отнесся к этому серьезно – все хихикали и шутили, народ вовсю гулял по пляжам. Вскоре улицы опустели, город стала патрулировать полиция. У меня с иммунитетом все в порядке, у детей тоже. У мужа ситуация посложнее, поэтому он здорово паникует. В магазин он выходит исключительно в перчатках, маске, – словом, во всей амуниции. Да и с мылом мы теперь моем не только руки, но и все овощи и фрукты.

Конечно, это очень тяжело – целыми днями сидеть вчетвером в одной квартире. Мы все уже стабильно раз в день друг на друга срываемся. Вот я накричу на детей, уйду в свою комнату, поплачу, потом вспомню советы психолога и пойду извиняться. Обниму, поцелую.

Больше всего сейчас мы боимся за родителей

В этом плане очень радует, что у нас не однокомнатная квартира, как, например, у наших знакомых в Италии.

Больше всего мы сейчас боимся за родителей, они живут в Москве. И мои папа с мамой, и родители Влада – активные, работающие. Никто и слышать ничего не хочет о мерах безопасности, о необходимости изолироваться, не выходить на улицу. Каждый разговор на эту тему заканчивается конфликтом. Я даже однажды сгоряча подумала: «Ну хорошо, не хотите – не слушайте, я тогда просто стану наследницей вашего состояния». Тут же мысленно ругала себя за это.

Пьяченца, Италия

Марина, Николо и Джованни Дордони. 20 дней в изоляции

Фото №12 - «Мы зря не верили в эпидемию»: 8 реальных историй о жизни на карантине из разных стран

Наша семья живет в Пьяченце на севере Италии. Это недалеко от Милана и от Бергамо – тех мест, которые больше всего в Европе пострадали от пандемии.

6 марта я прошел диагностику. У меня не было температуры, но рентген легких и мазок на коронавирус показали, что у меня есть проблемы с дыханием и кашель. Врачи сказали, что я должен уйти на карантин и пройти антивирусную терапию. Так мы с женой и сыном оказались в изоляции. Решили, что единственный способ прожить этот тяжелый период, в том числе избегая ссор и конфликтов, – подойти к нему с сильной доброй волей. Так и поступили. Жена с сыном остались жить в нашей двухэтажной квартире, разойдясь по разным этажам и сведя к минимуму контакты с другими людьми. Я уехал жить в дом, в котором когда-то родился. Мы отнеслись к борьбе с этим монстром очень серьезно, но без паники – рационально. Полностью отказались от очного общения с кем-либо, с логистикой справились благодаря помощи моего брата. С женой Мариной и сыном Николо я связываюсь несколько раз в день с помощью конференц-звонков.

Мы с женой придумали, как избежать ссор и конфликтов

Сегодня Пьяченца представляет собой грустную картину, а мы живем в страхе. У научного сообщества по-прежнему нет вакцины. Единственный вариант – изолироваться. Но и изоляция потихоньку начинает напоминать какой-то сюрреализм, будто все это происходит в кино, а не с нами. Мы много думаем о том, как лучше провести остаток нашей жизни. В этом заключается наша рационально-эмоциональная реакция на монстра.

Количество дней на карантине указано на момент разговора с героями – прим. Marie Claire

Авторы текста: Наталья Васильева, Раиса Мурашкина.