Харви Вайнштейн дал первое интервью из тюрьмы, которое уже успели окрестить «материалом года». В беседе с The Hollywood Reporter он рассказал о состоянии здоровья, условиях содержания на острове Райкерс, общении с семьей, а также вновь подчеркнул, что не совершал преступлений, за которые был осужден.
Напомним, что Харви Вайнштейн — один из самых влиятельных продюсеров Голливуда и сооснователь компании Miramax. В 2017 году десятки женщин обвинили его в сексуальных домогательствах и насилии, что стало одним из ключевых событий движения #MeToo. Еще 6 лет назад ему был вынесен обвинительный приговор за совершение сексуальных преступлений. За изнасилование и склонение к сексу он получил срок в 23 года, который продолжает оспаривать по сей день.
Сейчас ему 73 и он сильно болен: у него диабет, он перенес операцию на сердце и страдает онкологическим заболеванием. Из-за стеноза позвоночника он передвигается на инвалидном кресле. Это одна из причин, почему в медицинском блоке тюрьмы мужчина проводит по 23 часа в сутки.
«Это остров Райкерс, и это ад. Когда я был в государственной тюрьме, было по-другому. Я вставал утром, завтракал, встречался с друзьями, разговаривал с людьми. Мы все вместе смотрели телевизор», — вспоминает Харви.
Однако на острове все оказалось иначе — сюда его перевели в апреле 2024 года. Примерно на полчаса в день ему позволено выходить на свежий воздух, что ничуть не спасает ситуацию. Он признается, что полностью лишен человеческого общения: единственные, с кем он может поговорить, — охранники и медсестры в тюрьме. Заключенные же его не жалуют. По словам Вайнштейна, они постоянно высмеивают его и угрожают, из-за чего он вынужден все время сидеть, запершись в своей камере.
Когда же поболтать с другими осужденными все же удавалось, Харви пытался заниматься их просвещением — устроил прямо в тюрьме лекции о том, как экранизировать книги, но это не вызвало слишком большого интереса. «Дело в аудитории, — признается он, говоря, что его то и дело расспрашивают о Тарантино. — Это не те люди, что будут смотреть ''Влюбленного Шекспира''».
Харви Вайнштейн, 2023 год.
Продюсер пожаловался на медицинскую помощь под стражей. Он говорит, что в прошлом году несколько дней не мог двигаться из-за болезни и замерзал в камере, из-за чего обратился за помощью к тюремному консультанту. После этого его доставили в больницу, где сделали операцию на сердце, а после этого диагностировали рак костного мозга. Вайнштейн боится умереть в тюрьме.
При этом продюсер может поддерживать связь с семьей. Раз в три часа ему позволено 16-18 минут пользоваться телефоном. Тогда он звонит трем своим детям — старшей дочери, которой около 30 лет, и двумя младшими, они подростки. Еще двое детей не общаются с ним уже около шести лет.
«Они знают все. Они достаточно взрослые, чтобы гуглить. Но я сказал им, что никогда не совершал сексуального насилия, и они мне верят. Когда я был в Белвью [больница, в которой Вайнштейн временно содержался в 2024 году, — прим. ред.], было легче встречаться с ними. Но я не позволю дочери прийти ко мне сюда. Мой зять иногда привозит ко мне внука. Но для него это тоже тяжело», — говорит Харви, уточняя, что если бы не это общение, то он давно бы сошел с ума.
Вайнштейн почти не общается с бывшей женой Джорджиной Чапман, но благодарен ей за возможность видеться с детьми. Дизайнер не знала о его поведении в период брака и незаслуженно сильно пострадала из-за скандала. Сейчас, по его словам, она счастлива в отношениях с актером Эдрианом Броуди, чему сам Харви очень рад.
Харви Вайнштейн и Джорджина Чапман
К слову, обвинения против себя он продолжает отрицать не только перед детьми, но и в интервью. В разговоре с The Hollywood Reporter этому посвящен отдельный блок. Вайнштейн признал, что изменял своим женам, однако утверждает, что не совершал изнасилований. Он также заявил, что некоторые девушки, выступившие против него, сделали это ради денежных компенсаций.
Свое же тюремное заключение он объясняет тем, что «неудачно заигрывал, был слишком назойлив и чересчур пытался соблазнить» кого-то. «Я плохо поступал не потому, что я кого-то домогался в сексуальном плане, а потому что я обманывал свою жену», — говорит продюсер и подчеркивает, что если бы у него был шанс все изменить, то он бы «больше уважал женщин»: «Для начала, я бы с ними не связывался. Я бы оставался верным в браке. Я бы сказал: ''У меня есть семья. Я буду ее защищать''. Я был дураком. Признаю это».
Ожидаемо журналисты спросили у Харви и о Джеффри Эпштейне, чье дело не перестает греметь даже через 7 лет после его кончины. По словам продюсера, он сталкивался с опальным финансистом всего несколько раз. По поводу его преступлений Вайнштейн заявил, что знаком лишь с информацией из газет, поэтому не может сказать ничего по сути этого дела. Однако те деяния, в которых обвиняют миллиардера, он считает «по-настоящему ужасными» и совершенно не похожими на то, за что сам он отбывает срок в тюрьме.
Также Вайнштейн описывает, что больше всего его задели обвинения со стороны Гвинет Пэлтроу, потому что она «была его хорошей подругой». Он не понимает, почему актриса решила выступить против него, ведь, по его словам, между ними произошла лишь одна «пустяковая» ситуация. Он вспоминает, что однажды предложил сделать массаж Пэлтроу. На это она ответила отказом, что он якобы принял и не стал возражать.
После этого Гвинет пожаловалась Брэду Питту о произошедшем. Актер лично обратился к Харви и потребовал не делать ничего подобного с его девушкой. «Не волнуйся, Брэд. Я понял», — ответил ему продюсер. Однако через время Пэлтроу вышла к журналистам с рассказом об этом происшествии.
Продюсер также рассказал, что многие знакомые из киноиндустрии перестали с ним общаться после его ареста. Среди людей, которым он хотел бы позвонить, продюсер Джеффри Катценберг, руководителm Netflix Тед Сарандос и актер Брэдли Купер.
«Я скучаю по этим людям не только из-за работы — в этом было нечто большее. Но я отменен, это так. Все это очень токсично. Если ты возьмешь трубку от меня, то и тебя отменят. Так что я все понимаю. Я не жду, что кто-то разрушит карьеру ради меня», — рассказывает Харви, подчеркивая, что некоторые все же идут на риск ради него, но он не станет называть их имен.
В конце концов он признается: хотел бы, чтобы его запомнили прежде всего по тем фильмам, что он подарил миру. В особенности по «Криминальному чтиву» и «Влюбленному Шекспиру», которые он считает одними из главных проектов своей карьере. Однако на вопрос, отказался ли бы он от всех «Оскаров» и признания, чтобы жить обычной жизнью, Вайнштейн отвечает положительно.
