Евгения Тюрикова: «Уже доказана ошибочность мнения, что женщина не может управлять»

Как одновременно рулить глобальной банковской структурой и разруливать вопросы пятерых детей и зачем вкладывать личные деньги в сельскую школу в Дагенстане – рассказала глава Sberbank Private Banking Евгения Тюрикова.

Фото №1 - Евгения Тюрикова: «Уже доказана ошибочность мнения, что женщина не может управлять»

«Посмотрите, какой здесь прекрасный потолок!» – говорит Евгения в короткий перерыв между кадрами нашей фотосессии. Я вдруг нахожу в пяти метрах над головой идеальный свод из дерева и в очередной раз убеждаюсь, что талант видеть шире – это отличительная черта женщины на топовой позиции.

Marie Claire: Евгения, зачем юристу по образованию карьера в банковской сфере?

Евгения Тюрикова: Я никогда карьеру не планировала по шагам. Работала в компаниях ровно столько, сколько меня это увлекало. Сейчас моя главная мотивация – удовольствие от общения с клиентами, успешными состоятельными людьми, у которых есть чему поучиться. Например, мне как многодетной маме невероятно интересно, как они смотрят на образование, воспитание детей.

Неужели для вас есть еще белые пятна в педагогике?

Я радуюсь, когда нахожу подтверждение интуитивным догадкам. Например, я всегда считала, что нравоучениями ребенка не изменишь. Я не говорю «бросьте детей, они сами как трава вырастут». Я про то, что менять надо себя, потому что дети копируют поведение родителей. Состоятельные люди очень требовательны к себе. Многие, кого я знаю, рано встают, занимаются спортом, смотрят на мир значительно шире и так же учат видеть мир и задачи своих детей. Конечно, ставят перед собой большие цели и учат детей на своем примере.

Вы знаете все про деньги. Чему вы учите своих пятерых детей в этом плане? Даете ли на карманные расходы?

На мой взгляд, надо учить копить. Пусть дети ставят цели и собирают деньги на их достижение. Как – зависит от возраста. С 8 до 18 можно откладывать из карманных денег, которые родители дают в лагерь, на поездки, на выходные, как это делали и делают мои дети. У нас были попытки зарабатывать домашними делами, но я против. Помощь по дому – обязательство перед семьей, участие в ее жизни. Что значит «заплати мне за то, что я положила посуду в посудомоечную машину»? Когда я это делаю, мне никто не платит. Старшая дочь с 18 лет имеет лимитированный месячный бюджет. Процесс получился не гладким, она примерно два года училась не проедать все деньги за первую неделю. Были у нее и голодные дни, когда месяц еще не кончился, а купить продукты уже не на что. Она брала у меня взаймы, а в бюджете появлялась строка «отдать долг». Теперь аккуратно планирует расходы, записывает, сколько тратит на красоту, на еду, на метро. На мой взгляд, ребенка надо учить разумному управлению финансами, дети должны понимать, что у всего, включая время, есть цена.

Моя вторая дочь сейчас на волонтерской программе и никак не привыкнет работать бесплатно. Говорит: «Я трачу силы, но ничего не получаю».

Она приобретает опыт.

Я ей так и говорю. Помимо опыта ты даришь добро, которое вернется, потому что закон сохранения вложенной энергии никто не отменял. Не все, что люди делают, измеряется деньгами. Особенно трудно такую мысль принимают подростки 14–18 лет, которые отрицают благотворительность в большинстве своем, считая, что оттуда средства могут быть направлены не только на благие цели. У нашей семьи есть школа, которую мы построили, благотворительный фонд, на этом примере я показываю детям, что можно создать хорошее даже в голом поле.

Как вы пришли к идее открытия школы?

Четыре или пять лет назад муж задумался о ремонте школьного здания в дагестанской деревне Цмур, откуда родом его предки. Как выяснилось, уроки проходили в просевшем коровнике 1924 года постройки, который восстановлению уже не подлежал. И мы решили строить новый образовательный центр. Ошибочно полагали, что сможем привлечь новых педагогов, построили для них многоквартирный дом, но не тут-то было! К тому же мы поняли, что менять весь штат из 22 педагогов неправильно, для села важны эти рабочие места. В прошлом году, после двух лет поиска способов улучшить качество образования, мы поменяли подход и внедрили электронное образование. Благодаря этому учатся не только дети, но и преподаватели, потому что им присылают уже готовые уроки, современные методические материалы – полностью выстроена система поддержки педагогов дистанционно. Несмотря на то что в деревне всего 684 человека, школа оборудована ноутбуками, есть цифровые доски, лингафонные классы, две лаборатории – по физике и по химии. Дети не вылезают из школы, начали приезжать ребята из соседних сел, пришлось ввести обучение в две смены.

Фото №2 - Евгения Тюрикова: «Уже доказана ошибочность мнения, что женщина не может управлять»

Достойное дело. Как планируете развивать проект?

В этом году мы в том же образовательном центре­ запускаем филиал техникума при Дагестанском сельскохозяйственном университете. Ученики сельских школ обычно уходят после девятого класса, не имея возможности переехать в город, поступить куда-то, устроиться на работу. Когда ты из девятого класса вышел, тебе нечего предложить миру. Чтобы дать этим ребятам профессию, мы выделили 20 мест под техникум. Обучение блоками: педагог приезжает, читает курс неделю-две, потом его сменяет другой. Два раза в год надо ездить на сессию в базовый техникум. Через год посмотрим, сработает ли эта идея. Еще строим парк, где на простых экспонатах будет показано, как работают законы физики.

Вас с мужем в Цмуре, наверное, считают национальными героями.

Наоборот. Деревенским жителям сложно принимать изменения.

Они нам не доверяют, не понимают, почему мы так делаем, чего нам от них нужно. Поначалу были даже попытки не пускать детей в школу.

Кстати, об олдскульном мышлении. Ваш муж родом из патриархального региона, где женщины традиционно не работают. Как он относится к вашей успешной карьере?

У меня это второй брак, мы встретились уже в сознательном возрасте. Но муж никогда не поднимал тему, что я должна оставить все, чем занимаюсь. Понимает, что мою неуемную энергию надо куда-то девать. Когда я рожала младших детей, провела дома с сыном несколько месяцев, с дочкой, которой сейчас два года, – шесть недель. И оба раза именно семья меня торжественно выпихивала на работу.

Я вообще считаю большой ошибкой, когда женщина хочет работать, а семья говорит: «Сиди дома, муж прокормит». Мужу с женой должно быть интересно, а для этого она должна развиваться и расти, в том числе и в профессиональном плане. Самореализация индивидуальна, ее не нужно навязывать и именно в этом заключается Счастье.

А что бы вы сама могли и хотели сделать для продвижения женщин, особенно – на лидерские позиции?

О любой проблеме начинают думать и решать, если о ней говорить. Я стараюсь поднимать эту тему и активно говорить о ее значимости для мира и нашей страны. Наш разговор тоже пойдет в копилку. Нужно поменять культуру общества, только так получишь не искусственный результат, как, например, при введении женских квот в руководстве, а взвешенный и устойчивый.

Важно приводить цифры и опираться на них в выводах, слышать статистику. Уже доказана ошибочность мнения, что женщина не способна управлять, не справляется с большой ответственностью. Экономические данные говорят, что компании, которыми руководят женщины, на 36 % эффективнее! Но в биржевом индексе США всего 5 % компаний, где CEO – женщины, потому что стереотипы сильны.
Стереотипы, которые сидят и в женских головах. Многое зависит от страха не справиться одновременно с работой и воспитанием ребенка. Женщина в себе не уверена. Ей надо чинить собственную голову. Я детей кормила грудью до года, выделяя короткие перерывы на кормление, и это не мешало работе. Работодатели также могут помочь в поддержке женского лидерства, например, откликаясь на потребности молодых мам: давать дополнительные выходные, формировать детские сады при компаниях, поощрять отсутствие переработки на рабочем месте. Как только компании увидят экономическую эффективность в женских командах, включатся рыночные механизмы. Главное – их запустить.

А вы сами предпочитаете с мужчинами или с женщинами работать?

Когда я пришла в Сбербанк, соотношение мужчин и женщин в нашей команде было 60/40 в пользу мужчин, сейчас нас – 60/40 в пользу женщин. Я это не сознательно сделала.

Как вы собирали команду, какие требования предъявляли?

Чтобы работать с состоятельными людьми, нужны сотрудники с глубокой экспертизой и высоким эмоциональным интеллектом. Они должны уметь понимать сильных мира сего, общаться с ними, не чувствуя себя неуместными. И конечно, высочайший уровень профессионализма. Такие специалисты – штучный товар.

А что вы не прощаете, за что увольняете?

Не прощу предательства в любом виде. Например, если человек дал недостоверные данные, подставил. Сейчас у меня команда, к которой я могу повернуться спиной. Кстати, мои дети могут рассчитывать на мою поддержку и защиту, и мы не боимся откровенных и открытых разговоров. За что я им благодарна. Мне однажды дочь из американского лагеря позвонила в четыре утра по Москве, чтобы признаться, что попробовала алкоголь. За это я ее жутко благодарила, а она удивлялась: «Я же выпила вина, все плохо!» Я говорю: «Я тебя благодарю за доверие».

А были в работе с командой переломные моменты, когда хотелось все бросить?

Я саморегулируемая организация, мотивацию нахожу в себе, как и многие, наверное. Конечно, иногда я говорила ребятам, что мы идем к определенной цели, показывая ее, а они смотрели в духе: «Ты ненормальная, это невозможно». Когда так происходит, важно сделать еще один шаг к диалогу, дать аргументы, показать цифры и поддержать друг друга.

Как это сделать, когда тебя не слышат?

Ответ из серии «а что дают тебе дети?». Невероятный объем терпения. Ты учишься находить с ними общий язык, потому что родная кровь не значит, что твой ребенок близок тебе по духу. Он в любом случае отдельная личность. Дети учат объяснять, мотивировать, доносить точку зрения, аргументировать, слышать и терпеть. Это очень весомый опыт – общение с детьми разных возрастов.

Команда, клиенты, – все это не только дает энергию, но и отнимает. Как вы себя подпитываете?

Баловство с младшими детьми хорошо расслабляет. Очень помогают занятия йогой. Она поставила меня на ноги после сложного перелома, когда я заново училась ходить. За два года я вернулась в стан людей без костылей, снова встала на горные лыжи. Каждое утро гуляю быстрым шагом. Прохожу километров пять-шесть. Я не пользуюсь будильником, встаю, когда организм просыпается. Прогулка дает мне возможность побыть наедине с мыслями, потому что в течение дня времени подумать о себе нет.

Знак равенства

Евгения Тюрикова – активный борец с гендерным неравенством. Статистика, которую она приводит, поможет многим понять масштабы проблемы, а значит, приблизиться к решению и этого вопроса.

Я люблю цифры и язык статистики. Они возвращают нас к реальности, они требовательны, но в то же время вооружают нас, как ничто иное. Поскольку тема женского лидерства и гендерного неравенства для меня одна из приоритетных, то ее изучение я тоже начинала через призму статистики. За несколько лет набралось целое портфолио данных, которыми мне кажется важным поделиться с читателями Marie Claire.

Прежде расскажу об исследовании, которое и подтвердило мои личные предположения, и дает ответ тем, кто от гендерной проблемы отмахивается. В начале нулевых два профессора – Фрэнк Флинн из школы бизнеса Колумбийского университета и Кэмерон Андерсон из Нью-Йоркского университета – поставили эксперимент, чтобы оценить, как принимают в офисе представителей разных полов. Взяли реальную женщину-предпринимателя Хайди Ройзен, создали историю, как Ройзен добилась успеха на рынке венчурного капитала, используя «свою общительность и дружелюбие, а также широкую сеть личных и профессиональных контактов среди наиболее влиятельных лидеров бизнеса в технологической сфере».

Фото №3 - Евгения Тюрикова: «Уже доказана ошибочность мнения, что женщина не может управлять»

Половине студентов эксперимента дали историю в таком виде, а второй половине вручили почитать тот же рассказ, но заменив Хайди на Говарда. Затем профессоры расспросили студентов, что те думают. Так вот, Говарда назвали более привлекательным в качестве коллеги. А Хайди сочли «эгоистичной, не тем человеком, которого хотелось бы нанять на работу или трудиться с ним бок о бок». Одна и та же информация, но с гендерным отличием произвела на участников эксперимента разное впечатление.

А теперь обещанная статистика:

  • По данным Harvard Business Review, женщины составляют 40 % всей рабочей силы в мире и при этом занимают лишь 24 % высших руководящих постов. Этот показатель практически не меняется последние 10 лет.
  • В США женщин-гендиректоров столько же, сколько и в России, — 25 человек на 500 компаний. Но только компании они возглавляют несравненно более масштабные. Например, Мэри Барра руководит General Motors с выручкой за $150 млрд. Если бы ее компания переехала в Россию, она бы в ту же секунду возглавила РБК 500.
  • Самой популярной женской позицией в топ-менеджменте остается­ директор по HR (23 % исследованных корпораций). У 19 % женщины занимают кресло финдиректора, у 12 % — CEO, у 8 % — директора по мар­кетингу, констатируют эксперты Grant Thornton.
  • По данным Global Gender Gap Report (2015 г.), лидерами в равноправии полов признаны Исландия, Финляндия, Норвегия и Швеция.
  • По оценке Всемирного экономического форума, Россия по этому показателю занимает 75 место из 145 — между Мадагаскаром и Кыргызстаном.
И это все о ней

Евгения Тюрикова
более 20 лет в финансовой сфере, с марта 2016 года занимает пост руководителя Sberbank Private Banking

Возраст: 43 года
Образование: окончила Московскую государственную юридическую академию по специальности «юриспруденция», имеет диплом МВА («Финансовый менеджмент»)
Кино: фильмы Эльдара Рязанова
Книги: Диккенс и «12 стульев»
Музыка: джаз, блюз; несколько лет занималась вокалом
Город: Барселона
Путешествие мечты: Южный полюс

Фото: Роман Ерофеев.