Еще недавно нижнее белье было частью гардероба, которую полагалось скрывать. Однако в последние годы правила игры изменились радикально. Корсетами и сорочками уже и вовсе никого не удивишь, а бюстгальтеры все активнее проникают в наши гардеробы как полноценные элементы образа. Тренд underwear-as-outerwear прошел путь от экспериментов дизайнеров до повседневной стилизации, а интерес к нему продолжает расти: в 2026 году нижнее белье в качестве одежды вошло в топ-10 прогнозируемых бельевых трендов, а его рост оценивается в 23%. При этом современная версия тренда все меньше строится исключительно на демонстрации сексуальности — теперь мы гораздо больше обращены в сторону элегантности и хрупкости.
От Мадонны до Кэрри Брэдшоу: как нижнее белье вышло за пределы спальни
Идея носить нижнее белье как часть основного образа, будем честны, совсем не нова. В конце XX века дизайнеры начали экспериментировать с приватной частью гардеробов. Особую силу тенденция набрала к девяностым, когда корсеты, атласные бюстье, видимые бретели и другие элементы бельевого гардероба стали то и дело мелькать на подиумах и в выходах селебрити. Вспомнить хотя бы культовые bullet-bra, которые Жан-Поль Готье изобрел для Мадонны или показы Dolce&Gabbana и Mugler, как все встанет на свои места (читайте также: Прощайте, маэстро: 10 невероятных коллекций Тьерри Мюглера, доказывающих его гениальность).
Благодаря последним, кстати, огромную популярность стали набирать корсетные боди, сочетавшиеся с чулками, подвязанными на специальные пояса. Такой образ в 1992 году стал центром весенне-летней коллекции Доменико Дольче и Стефано Габбана. Его представляли на подиуме сразу несколько культовых супермоделей: Хелена Кристенсен, Синди Кроуфорд и Карен Мюлдер.
Обращались к схожей эстетике и другие. Вивьен Вествуд экспериментировала с корсетами, позаимствованными из викторианской эпохи, Calvin Klein, Narciso Rodriguez и Michael Kors продавали миру комбинации, а Mugler возводил в культ эстетику полупрозрачного капрона. Вскоре все эти приемы оказались и на звездных дорожках — именно в девяностых зародилась тенденция носить «голые» платья, а атласные сорочки стали мастхэвом гардеробов всех культовых супермоделей и актрис.
В нулевых бельевые элементы активнее проникли в кинематограф: регулярно они появлялись в гардеробе Кэрри Брэдшоу — кино-законодательницы моды тех лет, — а также породили эстетику многих культовых фильмов. Например, знаменитого «Мулен-Ружа» с Николь Кидман.
Тогда же, в эпоху Y2K, новое прочтение получили бюстгальтеры. Видимые кружевные модели под топами с глубоким декольте и объемными майками стали обязательной частью образов селебрити. Пэрис Хилтон, Аврил Лавин, Кристина Агилера, Бритни Спирс и многие другие it-girl сочетали бра напоказ с любимой низкой посадкой и, конечно, обилием страз.
При этом отношение к тренду тоже изменилось. В девяностые бельевой стиль отображал максимальную сексуальность, раскованность и свободу. В поп-культуре нулевых же женщина с выглядывающим из-под одежды бюстгальтером часто изображалась как героиня, использующая сексуальность для привлечения мужчин — здесь стоит вспомнить «Дрянных девчонок» и «Бестолковых». В результате прием, который раньше ассоциировался с высокой модой и haute couture, постепенно получил репутацию чрезмерной провокации.
Теперь же мы снова делаем большой разворот. Зв двадцать лет отношение к белью сильно изменилось. Былые установки о вульгарности растворились в истории, а популярность явления выросла настолько, что многие бельевые элементы стали настоящим мастхэвом повседневного стиля (читайте также: Главные тренды осени 2026 по версии Tagwalk: твид, штрипки и кожа).
От подиума к повседневному гардеробу
Так, в 2026 году дизайнеры продолжают стирать границу между нижним бельем и одеждой. На показах модели то и дело выходили в платьях-комбинациях, корсетных силуэтах и прозрачных элементах, которые стали вполне самостоятельными элементами образа. Самый яркий пример здесь, пожалуй, последнее шоу Saint Laurent, где Энтони Ваккарелло с ног до головы наряжает своих моделей в полупрозрачное латексное кружево. Следом он прибавил другую единицу, которая свела всех с ума — пижамные шорты, отделанные ажурными оборками. Их все лето носили, к примеру, Рози Хантингтон-Уайтли и Эльза Хоск.
Социальные сети сделали тренд еще более массовым. Модные инфлюенсеры возвели в абсолют бельевое кружево, торчащее то тут, то там. Отсюда — большой всплеск интереса ко всем возможным вариациям slip dress, атласным топам и баскам, в том числе тем, что напоминают чулочные пояса. Все их предлагается интегрировать в повседневные или классические образы, тем самым дополняя аутфит сложным акцентом.
Еще одна актуальная версия — peekaboo bra, когда бюстгальтер намеренно остается видимым и становится частью стилизации. С этим приемом в новом сезоне особенно активно экспериментировала Миучча Прада, поддевая лаконичные контрастные бралетты под свитеры с глубоким вырезом. Dolce&Gabbana тем временем предлагают более сдержанный вариант — чтобы бра лишь слегка выглядывал из-под декольте. А в Jil Sander, напротив, лишь укрупняют эту идею, создав геометричные прорези на платьях — они заменили глубокое декольте.
Главный тренд 2026 года — элегантность и хрупкость
Из этого можно заключить, что современная версия тренда отличается от той, что была популярна в 1990-е и 2000-е. Тогда открытый бюстгальтер или платье-комбинация часто становились способом подчеркнуть сексуальность и быть дерзкой. Сегодня тот же прием может работать иначе: за счет прозрачности, мягких тканей, многослойности и открытых участков тела он создает более хрупкий образ, отвечающий элегантности и женственной уязвимости.
Основательница бренда нижнего белья Dora Larsen Джорджия Ларсен в беседе с Who What Wear связывает изменения с более осознанным отношением к интимности. По ее словам, в 2026 году граница между бельем как чем-то личным и самовыражением продолжает стираться, а переосмысленные силуэты отныне должны дарить уверенность в себе. Что, впрочем, они и делают, помогая создавать сложные и многослойные образы, которые выглядят выигрышно вне зависимости от того, насколько сложна вся остальная стилизация.










