Дружба, ревность, сочувствие: неизвестная история взаимоотношений Чарльза и Эдуарда VIII

Между двумя принцами Уэльскими разыгралась настоящая драма, принимавшая разные формы на протяжении десятилетий.

Фигура Эдуарда VIII всегда была проблемной для Виндзоров. Король, который отрекся от престола то ли в силу политических убеждений (известно, что он симпатизировал нацистам), то ли из любви к разведенной американке, ставший герцогом Виндзорским и проживший остаток жизни во Франции — источник многочисленных спекуляций.

На трон пришлось взойти его неподготовленному младшему брату, герцогу Йоркскому, коронованному как Георг VI. Его супруга и две маленькие дочери также не ожидали подобного развития событий, в одночасье изменившего их судьбы. В конце концов правление в тяжелые военные годы подкосило здоровье Георга — не слишком уверенный в себе, но горячо любящий родину и переживающий за свой народ, он растратил себя без остатка и в 1952 году умер от рака легких в возрасте 56 лет. Его жена Елизавета Боуз-Лайон винила в преждевременной кончине монарха выпавшую на него непосильную задачу, к которой Георг отнесся со всей серьезностью.

Герцог и герцогиня Виндзорские и Елизавета II, 1967

Многих историков занимает вопрос влияния Эдуарда на судьбу его внучатого племянника, принца Чарльза. В свое время принц даже соревновался с самой Элизабет Тейлор, чтобы заполучить драгоценность своего предшественника — так называемую «брошь принца Уэльского» (читайте также: Брошь Уоллис Симпсон: украшение, за которое боролись принц Чарльз и Элизабет Тейлор). Как возник этот интерес?

Известно, что лорд Маунтбеттен — другой двоюродный дедушка принца Уэльского, который имел на него колоссальное влияние, — заставлял его переписываться с Эдуардом. Луи Маунтбеттен немало общался с монархом до момента отречения, затем виделся с ним в Париже и иногда обменивался посланиями. По его мнению, Чарльзу надлежало делать то же самое. «Я думаю, он видел ущерб, который нанесло отречение, — говорит Эндрю Лоуни, автор книги „Маунтбеттены: их жизни и любовь“. — У него самого было очень сильное чувство общественного долга, и он пытался привить его следующему поколению».

К тому моменту вражда между Виндзорами и опальным герцогом продолжалась уже много лет. Выбравшие своим местом жительства юг Франции, герцог Виндзорский и его супруга были настоящими иконами стиля, окруженными флером гламура и роскоши, которых британская королевская семья старалась избегать. В свою же бытность принцем Уэльским Эдуард выглядел и вел себя куда более элегантно и раскованно, чем его внучатый племянник. Судя по всему, это не давало Чарльзу покоя, и он тоже начал тщательно продумывать свой внешний вид, всегда стараясь выдерживать выверенный стиль (читайте также: Его модное Высочество: 8 доказательств того, что принц Чарльз — икона стиля).

Принц Чарльз, Елизавета II и герцогиня Виндзорская в Париже, июнь 1972

В конце концов состоялась и встреча родственников: 4 октября 1970 года принц Уэльский навестил герцога Виндзорского в Париже. Событие было покрыто завесой тайны: о планах принца на этот день не сообщалось, и молодой репортер Кристофер Уилсон, позднее написавший книгу «Великая любовь: роман принца Чарльза с Камиллой Паркер-Боулз длиной в 20 лет», узнал о встрече через секретаря герцога. «Чего я к этому моменту не знал, так это того, что герцог стремился сделать встречу достоянием общественности: он был на излете лет и хотел примирения и признания своего места в истории — к 1970-м годам он был в значительной степени забыт», — констатировал Уилсон. На этот раз уже Эдуард испытывал зависть по отношению к Чарльзу.

Как сообщает издание Town & Country, встреча оказалась большим разочарованием. В биографии Чарльза Уилсон ссылается на его дневниковую запись, в которой принц описывает, как он прибыл в парижскую резиденцию герцога, застав вечеринку, полную «самых ужасных американских гостей, которых я когда-либо видел». Чарльз был довольно откровенен в описании своих чувств: «Все это казалось таким трагичным — люди, атмосфера и само существование, — что я с облегчением сбежал через 45 минут». По мнению историка, принц Уэльский делал эту запись с оглядкой на публику, понимая, что рано или поздно она станет достоянием общественности. Также Кристофер предположил, что Чарльз предпочел бы увидеть герцога и герцогиню Виндзорских живущими в небольшом таунхаусе на условиях анонимности, а не купающимися в богатстве и славе (пусть и в узких кругах).

Уоллис и Эдуард на вечеринке в их честь, устроенной в Waldorf Astoria в Нью-Йорке, 1953

Судя по всему, большого влияния на Чарльза Эдуард оказать не смог. По мнению Уилсона, определяющей в жизни принца была фигура его отца. Впрочем, многие эксперты сравнивали бывшего и будущего королей по одному параметру — неразборчивости в романтических связях. Оба принца Уэльских были известны многочисленными любовными историями, зачастую заканчивавшимися скандалами. Даже бабушка Чарльза, королева-мать, нередко сравнивала его возлюбленную Камиллу с Уоллис Симпсон, с которой она находилась в состоянии негласного соперничества на протяжении полувека (читайте также: Что общего у герцогини Камиллы и Уоллис Симпсон (и при чем здесь Королева-мать)).

Когда роман принца Уэльского с замужней Камиллой Паркер-Боулз стал достоянием общественности, от него начали ожидать тех же действий, которые предпринял его двоюродный дедушка, считая, что Чарльз вполне может отречься от престола ради любви. К счастью, этого не потребовалось, и в конце концов наследник смог жениться на любимой женщине, не отказываясь от претензий на трон. И это лишний раз свидетельствует о том, что в истории отречения Эдуарда значение имело нечто большее, чем увлечение разведенной американкой.

Фото: Getty Images