Тяжелая ноша: с чем Елизавете пришлось столкнуться после гибели принцессы Дианы

Ошарашенные Виндзоры не знали, как им реагировать на смерть принцессы Уэльской — и встретились с острой критикой в свой адрес.

Елизавета II на похоронах Дианы, принцессы Уэльской, 6 сентября 1997

Гибель принцессы Уэльской в самом конце лета 1997 года стала шоком для всех, от зарубежной публики до членов королевской династии. Виндзоры буквально не знали, как им вести себя: прошел всего год после бракоразводного процесса Чарльза и Дианы, и принцесса, лишенная титула «Ее Королевского Высочества», уже не считалась членом королевской семьи, хотя и оставалась матерью будущего короля и заслуживала публичного проявления уважения уже хотя бы поэтому.

В тот момент нежелание королевы немедленно сделать публичное заявление и открыто выразить скорбь было встречено резкой критикой. Не в первый раз Елизавета медлила с публичным заявлением, навлекая на себя гнев подданных и обвинения в отстраненности и холодности (читайте также: О чем жалеет Королева: самая большая ошибка Елизаветы). Однако на этот раз утрата касалась непосредственно семьи Ее Величества.

Позже ABC News указали на письмо из частной переписки королевы, проливающее свет на ее горе. Послание, в котором Елизавета говорила об «огромной потере для страны», было написано в ответ на соболезнования леди Генриетты Абель Смит — фрейлины и доверенного лица Ее Величества (читайте также: Какое письмо Елизавета II написала после смерти принцессы Дианы).

Елизавета и принц Филипп по пути в церковь на следующее утро после гибели принцессы Дианы, 31 августа 1997

Тем не менее, монарху предстояло разделить горе и с простыми британцами. В нарушение протокола Елизавета попросила своего пресс-секретаря Джеффри Кроуфорда выступить по телевидению с официальным заявлением. «Ее Величество огорчили предположения о том, что она безразлична к горю страны в связи с трагической смертью принцессы Уэльской, — объявил Кроуфорд. — Принцесса была горячо любимой фигурой в стране, но она также была матерью, сыновья которой очень по ней скучают. Принц Уильям и принц Гарри сами выразили желание быть со своим отцом, бабушкой и дедушкой в это непростое время в тихой гавани Балморала».

Известно, что младший сын Дианы принц Гарри умолял отца поехать в Париж, чтобы привезти тело принцессы на родину, однако Виндзоры сочли такое путешествие слишком опасным в сложившейся ситуации (читайте также: О чем Гарри просил отца сразу после смерти Дианы (и почему Чарльз ему отказал)). Впрочем, если судить по воспоминаниями Гарри и Уильяма, их отец принял правильное решение: толпы скорбящих и стенающих поклонников «народной принцессы» оставили неизгладимое тяжелое впечатление в памяти братьев.

«Королеву критиковали за две вещи, — сообщила позже Sunday Telegraph леди Анджела Освальд. — Во-первых, она отвезла мальчиков [принцев Уильяма и Гарри] в церковь [в день смерти принцессы]. Но они хотели пойти в церковь. Если вы христианин, а ваша мать погибла, визит в церковь — настоящее утешение. Другое дело, что люди ожидали, что королева бросит двух своих внуков, чья мать только что умерла, и поедет в Лондон, чтобы оплакивать людей вместе с людьми, которые никогда даже не встречались с принцессой. Если отойти в сторону и подумать об этом, это будет необычайно эгоистичное отношение». По уверениям леди Анджелы, критика в адрес Ее Величества особенно опечалила королеву-мать. «[Королева-мать] была очень расстроена нападками в адрес своей дочери, потому что та всегда восхищалась [Дианой]. Это была такая жестокая и несправедливая критика».

Королевская чета перед Букингемским дворцом в день похорон принцессы Уэльской, 6 сентября 1997

Чтобы оценить настроения публики, принцев Эндрю и Эдварда попросили пройтись по торговому центру. Это было первое появление королевских особ за четыре дня. Предприятие принесло желаемый результат: люди собирались вокруг принцев, чтобы поговорить с ними об их невестке. После этого Елизавета, Филипп, Чарльз, Уильям и Гарри все-таки вышли за ворота замка Балморал и взглянули на цветы и открытки, принесенные к ним поклонниками принцессы Уэльской. После этого они покинули свою шотландскую резиденцию на день раньше запланированного и присоединились к публичным траурным мероприятиям в Лондоне.

В конце концов королева уступила и появилась на телевидении, чтобы произнести речь в прямом эфире — впервые за почти полвека. Это было искреннее обращение, в котором Ее Величество отдала дань уважения принцессе Диане и напомнила обо всех качествах, которые помогли покойной принцессе стать народной любимицей. Подчинившись общественному давлению, королева, наконец, помогла преодолеть раскол между короной и страной.

null

null

Обращение Елизаветы II к нации, посвященное принцессе Диане

Принцессе Уэльской вернули титул «Ее Высочества» и удостоили ее королевских похорон, применив сценарий, который изначально готовился для королевы-матери (читайте также: Трагическое совпадение: почему королеве-матери пришлось увидеть «свои собственные похороны»). Виндзоры провожали Диану стоя перед Букингемским дворцом. Когда гроб проезжал мимо Ее Величества, Елизавета поклонилась в его сторону в знак уважения к покойной невестке. Это был еще один прорыв с точки зрения сурового королевского протокола и традиций.

Фото: Getty Images